Сообщив там, что пришёл на встречу к князю Дмитрию Васильевичу Тихонову, Алексей следовал за провожающим его к одному из кабинетов.
– Ждите здесь, – взглядом указал на кресло рядом тот и скрылся за дверью.
Алексей не стал присаживаться. Оглядевшись в пустом коридоре, ждал, пока двери не открылись и не позволили пройти в кабинет. Сразу он увидел вышедшего из-за стола улыбающегося друга.
Это был высокий стройный молодой мужчина со строгими чертами лица и волнистыми, светлыми, касающимися плеч волосами. Выйдя к Алексею, он раскинул руки и тут же принял в крепкие дружеские объятия.
– А я не мог тебя застать в доме вашем. Дворецкий сообщил, что ты и не приезжал! – удивлённо говорил Дмитрий. – А тут встречаю Сашку. Оказывается, и он в Петербурге. Вот узнал, что ты-то остановился на своей квартире, а не в доме. Я сам только прибыл из Новгорода, искал встречи с вами. Я рад, очень рад, что ты сам пришёл ко мне!
– Да, – кивнул таивший в себе видимые заботы Алексей, но проницательный друг видел это и, видимо, уже знал о том, что случилось:
– Слышал я, что случилось у тебя от Сперанского, – указал он на два стула перед своим столом. – Поговорим?
– Да, – согласился Алексей и незамедлительно присел, наблюдая за добродушно улыбающимся другом, который сел напротив.
– Не буду таить ничего. Беседа была у меня с Михаилом Михайловичем, – начал тот.
– Вот как? Ты теперь служишь на двух фронтах?
– Нет-нет. Друг мой, ты пока развлекался в своём имении, много произошло здесь. Я понимаю, ты подал в отставку, захотел тихой жизни,... женщины, вино... Всё понятно, я тоже так хотел, но долго не выдержал, – усмехнулся над собой Дмитрий. – Я рад, что ты поступил разумно, сообщая мне в письмах о проделках Сашки, и про то, во что он ввязался. Я посетил их общество по приглашению Бестужевых, в память о нашем путешествии в Голландию.
– Ты тоже среди них, да? – выдал вдруг Алексей свои подозрения.
– Однако ты грозен, – улыбнулся Дмитрий. – Да, я получаю их новости, был на двух встречах. Но у меня и другие дела есть. Я долго был в штабе в Новгороде.
Алексей, не желая больше слышать, поднялся, что насторожило и заставило замолчать его собеседника.
– Мне больше знать не надо, – хотел Алексей уйти, как продолжавший сидеть Дмитрий вдруг строгим голосом воскликнул:
– Сядь и слушай!
– Прошу прощения?! – поразился Алексей. – Я не желаю больше разговоров ни с тобой, ни с Сашкой, ни с вашими союзниками!
– Сядь, я сказал, – указал пальцем на стул перед собой Дмитрий. – Ивана спасти хочешь? Сядь!
Услышав про Ивана, Алексей смолк и, ничего больше не ответив, сел обратно. Дмитрий больше не улыбался. Он серьёзно смотрел в глаза внимательного друга и продолжал:
– Я присягал императору Александру, я предан. Меня впихнули в это дело по моей же воле. Да, я и там, и там. И я должен доносить в канцелярию. Я выполняю указания и Карла Толя. А то, что произошло с твоим Иваном, это выплывшее среди всего, дело из прошлого... Об уничтожении детей графа Зорина печётся их же тётка, которая скрывается под именем очередного мужа, не желая потерять всего, что есть... И жизнь, в том числе. Из-за того, что Сашка знал, где ты, его выследили, а когда Иван там был один, его схватили, – рассказывал Дмитрий, а уставившийся Алексей сдерживался от накипающего гнева, но слушал. – Ивана держат и пытают о том, где сестра. Её ищут, но, когда найдут, этот день, может, станет для них последним.
– Откуда тебе всё это известно? – ошарашенно спросил Алексей.
– Ты забыл, где я служу? – удивился Дмитрий. – Что с тобой в имении произошло, что ты всё на свете забыл и отстранился ото всех? На письма мои ты тоже не отвечал долго. Что произошло там?
– Я тоже её... ищу, – выдал Алексей. – И если ты замешан в том, чтобы уничтожить её и Ивана, я лично тебя убью, а потом и всех остальных.
– Я рассказал тебе это не за тем, чтобы ты подумал, будто я куплен их тёткой, – отрезал понимающий ярость друга Дмитрий. – Есть люди, например, как Михаил Михайлович, которым вы все не безразличны. Но есть и враги, от которых мы пытаемся оградить, а затем это дело поручено мне. Потому и искал тебя... Ты веришь, что не рассказал бы всё это, если бы был на стороне врагов? Доказательств мало тётку обвинить в чём или оправдать кого.
– Не знаю, – признался Алексей. – Я не знаю больше, кому верить и во что. Но ни Ивана, ни его сестру, ни дорогих им людей я вам не отдам. Пусть лучше будут вечно в бегах.
– Лёшка, – потёр глаза от начинающейся головной боли и выдохнул Дмитрий. – Ивана нам не спасти, пока мы не найдём, где его держат.
– Хмм, – усмехнулся Алексей. – Я думал, вашей канцелярии известно всё!