Брови Гекаты выстроились в одну ломаную линию. Она усиленно рылась в ящиках воспоминаниях, отбирая наиболее примечательные события. Таковых было немного.
— Два аколита покинули академию, — Каин коротко опустил подбородок, давая понять, что не нуждается в уточнениях относительно судеб несчастных. — Все учителя прибыли и заняли свои комнаты. Ректор Убис также здесь.
При упоминании последнего зелень в глазах Каина сделалась на несколько тонов темнее, а лицо приобрело сытое выражение. Лиам Убис, не так давно потерявший место в семёрке канцлеров, был весьма ценным человеком. Можно сказать, что именно он посеял зёрна событий, что, несомненно, породят переполох в Империи.
«Слежка за обскуром подобного уровня сродни добровольно подписанному приговору», — подумал он, присев на кровать. Слегка покачивая травмированной ногой, Каин рассматривал все варианты, пока не остановился на том, что для Гэла и его умения скрывать силу эта задача проблемой не станет.
— Пусть твой брат приглядит за Ректором. С кем общается, что слушает, что ест, в какой позе спит — важно всё.
Случайное прямое столкновение глаз и молниеносная реакция девушки позабавила Каина.
— Слушаюсь, — Геката коснулась сердца ладонью с чёрным шипастым Слейвом и поклонилась.
Опасный жест. Если бы кто-то из людей лорда это увидел, её могли бы казнить, а его самого обвинить в измене. Однако он не попросил Гекату больше так не делать. Подобное отношение, будто бы он уже был Тёмным лордом обскур, доставляло удовольствие его чёрной жадной душе.
Короткие синие волосы полностью скрыли лицо Гекаты, но предоставили обзор на горящие кончики ушей. Хромота и слабые навыки в силе ничего не стоили перед взором, который нуждался лишь в созерцании. Он знал, что многие девушки и даже некоторые обскуры считали его красивым. Каин и сам нередко наслаждался гармонично сложенными людьми. Больше всего ему нравилось подмечать мелочи, выделяющие человека: родинки, форма глаз, изгиб губ, мягкая асимметрия или же чёткая пропорциональность. И всё же любое из этого уступало внутренней наполненности — страхам, мотивации, принципам, прошлому, из которого в том числе соткано полотно личности.
— Больше ничего? — Каин плавно вернул разговор к происходящему в Академии.
— Нет. Разве что… — Геката оборвала фразу, передумав. — Пожалуй, это ерунда.
Геката следовала к господину. Неожиданное столпотворение прямо по коридору заставило её скользнуть в тупиковой проём, использующийся под хранение каких-то хозяйственных мешков. Сделав мысленную пометку исследовать их позднее, девушка абстрагировалась от звуков собственного дыхания и сосредоточилась на разговорах неподалёку.
— Смеешь ходить с такой довольной рожей?
Короткая возня сменилась шумным вздохом. Геката высунулась немного и с любопытством обвела взглядом узкую спину, каждый сантиметр которой вибрировал напряжением. Две длинные косы казались растрёпанными, вероятно, подкараулившие незнакомку изрядно помотали её, толкая или, быть может, дёргая за волосы. Их цвет, золотистый на макушке, плавно переливающийся в мышино-серый к концам, не отзывался в памяти, а ведь Геката тщательно изучала гало-фотографии всех аколитов академии. И её, в отличие от двух задир старшекурсников из отряда ищеек, она не узнавала.
— Авейрское отребье, — высокая худощавая брюнетка вцепилась в лицо жертвы, даже не пытаясь уменьшить давление когтей Слейва, которые, наверняка, оставят следы на коже. — Заставила же ты нас побегать. Смерть той бабы позабавила меня, но твоя — порадует сильнее.
Не успела Геката моргнуть, как незнакомка превратилась в безжалостный песчаный вихрь. Не задумываясь о последствиях, она толкнула Зиту Паркс и занесла руку для удара. Разумеется, тонкое запястье было легко перехвачено напарником Зиты. Это было настолько предсказуемо, что Геката даже не смогла как следует разочароваться. На что рассчитывала эта безумная, бросая вызов опытным обскурам?
— Знай своё место, авейра, — без единой эмоции в голосе произнёс Рэйтан. Разительно крупнее девушки, он скучающе взирал на неё сверху вниз. — Склони голову в знак извинения.