— Если не глухая, то отвечать следует сразу же.
— Ещё одна великая мудрость от тебя? — съязвила она, вдоволь наслушавшись поучений за эти дни.
— Всего лишь банальная вежливость, — Рита сложила руки на груди и выжидающе изогнула бровь.
Показательно зачерпнув воды, Зои смыла средство с волос и только после заговорила:
— Что, если, я зря учусь техникам ехидн?
Она действительно долго думала над этим. Предположим, что нити начнут её слушаться. Зои сумеет отбиться от одного ищейки, победит второго, но третий или десятый улизнёт, непременно растрепав о необычных способностях разыскиваемой. Тогда её захотят убить не только из-за родителей. Или куда хуже — захотят пустить на какие-нибудь опыты.
Неприлично громкий смешок подразнил слух Зои, вынуждая перестать вытираться и посмотреть через плечо на собеседницу.
— Ты так ничего и не поняла, да? — с наигранным видом Рита подпёрла пальцами заострённый подбородок и под цоканье покачала головой из стороны в сторону.
— Надоело понимать. Единственное, что я хочу — перестать озираться по сторонам. Но для этого мне надо вступить в ряды обскур, как минимум.
— Тогда что тебе мешает?
Зои едва не задохнулась собственным возмущением. Она показательно потрясла рукой со Слейвом.
— Да хотя бы вот это. Он серебряный. Даже имитируя техники обскур, цвет меня выдаст.
Она думала, что достигла предела в удивлениях, что теперь поразить её будет сложно, если невозможно. Но глядя на то, как Слейв Риты меняет окрас на чёрный, она не смогла сдержать поражённого восклицания.
— Слушай внимательно, Зои. Любая женщина способна стать ехидной, хоть и не все становятся. Но если ты — ехидна, то можешь быть кем угодно. Даже обскур, если того пожелаешь.
Винтики в голове пришли в движение. Сделаться обскуром. Стать той, кто убил Мирай. Немыслимо. Отвратительно. Безумно. И просто гениально.
С Зои снимут обвинения. Ей больше не придётся прятаться.
[1] Страстница — девушка, которую мужчина делает официальной любовницей. Чаще всего страстницами становятся работницы Домов Удовольствия или артистки из гильдии «Перо и искусство». Получить страстницу не так просто, как может показаться. Мужчине дозволялось иметь любовницу, только в том случае, если он докажет, что способен полностью обеспечить её жизнь и уход за собой, а также потворствовать всему, что может приумножить талант и красоту девушки.
Глава 6. По пути нечестивых сделок
Аколит может объединиться с другим, если того требуют обстоятельства.
Аколит может стать напарником другому, если того требует учитель.
Но не питайте иллюзий. Не ослабляйте бдительность
и не открывайте спину однокашнику.
Ведь как только представится возможность,
аколит без сожалений заберёт жизнь другого аколита.
Лиам Улбис, ректор
Академии обскур
Дневное время — прекрасная возможность для аколита, когда можно было потренироваться или подготовиться к занятиям. Учебные часы наступали после заката. Солнце садилось на Эодане в одно и то же время, а значит ровно в восемь каждый обязан присутствовать там, где должен быть согласно расписанию. Слипаются ли у вас глаза, вымотались ли вы, пока стоял день, или больны — ничто не служит оправданием. Ночь — час Оникса, и если ты не принимаешь этого и не следуешь вере, то ты — не обскур. К счастью, не спать по ночам давно стало неприятной привычкой Каина.
Удостоверившись, что маска надёжно сидит на лице, Каин, выверяя шаг, оставлял позади гигантскую чёрную стену, капканом сомкнувшуюся вокруг входа в Академию. Устав заведения запрещал посещать столицу Империи, до которой было как минимум два дня пути. Однако согласно тому же официальному уставу, получив разрешение, аколиту дозволялось покидать стены Академии и выбираться в Аммолит — близлежащий город, где местные в основном специализировались на ювелирном деле или работали в гильдиях развлечений. Было и ещё одно ремесло — незаконное, но процветающее.
Очередная трещинка в дорожке, вымощенной красным кирпичом, и вот боль молнией распускается по всему телу. Без трости скорость Каина значительно снижалась, а ощутимость ко всему, встречающемуся на пути, напротив, возрастала. С верной спутницей было бы куда проще, и всё же он намеренно оставил её в муравейнике. С ней его могли узнать. А свидетели сегодняшнего дела Каину не нужны.
Нет ничего удивительного в том, чтобы заметить аколита, покупающего яд. Убрать неугодного — в порядке вещей, главное не попасться на горячем. В противном случае смертельное оружие изымут, а тебя накажут сотней ударов плетью, пропитанной отравой. Пытка же за его намерения в лучшем случае приравнивалась к быстрой казни.