Каин до мельчайших подробностей прокручивал в голове последний разговор с Лиамом, придя к выводу, что пока мужчина не на его стороне. Политика Лиама разительно отличалась от политики предшествующих ректоров. Либо Убис утратил всякую гордость, продолжая верно служить императору, либо был просто непроходимым глупцом и в самом деле радел за судьбу детишек, с которыми Каин был заперт на три года без возможности добиться желаемого.
Он откинулся на кровать и заложил руки под голову. Надо было искать другой путь. Но сейчас его взору будто что-то мешало увидеть верную дорогу. Веки тяжелели, и он не противился, позволяя забвенью забрать его к себе.
Его окутывал душный обжигающий кокон. Распахнув глаза, он тут же сел, окидывая взглядом пространство. Он был в своей комнате, на кровати с молочным балдахином, который для него выбирала тётя. Языки пламени уродовали бархатную ткань и стремительно подбирались к пяткам Каина. Каркас трещал и вот-вот должен был обрушиться ему на голову.
Справа, слева, впереди — огонь танцевал повсюду, подбираясь всё ближе и ближе. Когда паника почти отравила его вместе с дымом, заполняющим лёгкие, Каин услышал какой-то шорох. Силуэт в углу комнаты мог бы стать спасением, не признай он в нём императора. Своего отца. Отчаяние стало ещё более ощутимым, ведь Каин не тешил себя иллюзиями, что сидящий в кресле человек придёт к нему на помощь.
— Используй силу или сгоришь, — лёд в голосе Тёмного лорда немного охладил Каина.
Он выставил руку со слейвом.
«Давай же. Давай!»
Но, несмотря на все потуги, пламя только разгоралось. Тонкие брюки и рубашка облепили потное тело.
— Какое разочарование, — произнёс он со скукой, и этот вздох стал его приговором.
Отец покинул комнату, в тысячный раз предав Каина.
«Я не умру вот так», — задыхаясь, он нащупал рукой покрывало, обернул его вокруг себя и прыгнул в огненную бездну.
Каин проснулся с мрачной улыбкой на лице. Его ожоги и другие травмы, оставшиеся после очередного покушения, были исцелены. Ничто, кроме ноги, не напоминало о пережитом. Но никакие чудодейственные средства авейр не могли стереть шрамы в его памяти. И Каин был этому рад, ведь он хотел помнить всё: каждую деталь, каждый способ, которым от него пытались избавиться.
✩₊˚.⋆☾⋆⁺₊✧
Дни сменяли недели, а недели — месяцы. Близилось важное испытание.В случае успеха и исходя из результатов, аколит мог присоединиться к одному из отрядов, выполняющих миссии вне стен академии. Всего их было два. «Отряд ищеек», занимающийся выслеживанием и устранением целей, и «отряд атташе», решающий дипломатические вопросы и собирающий информацию. И это могло бы стать решением. Если он присоединится к атташе, то сможет завести знакомства со многими политиками и заручиться их поддержкой в будущем.
На сей раз их не станут погружать в симулятор, и им не придётся соревноваться друг с другом. У каждой двойки будет своё задание. Благодаря Гэлу Каин знал, что одно из поручений связано с поиском артефакта или человека. Что ж, с этим он вполне мог справиться.
— На выполнение вам дано три недели, — красно-коричневые волосы ректора свободно струились вдоль груди. С трибуны он вещал о предстоящих событиях с непроницаемым лицом, не позволяя взгляду подолгу задерживаться на ком-то конкретном. — Отсчёт начнётся ровно с того момента, как жеребьёвкой будет определён ваш напарник.
Каин не переживал. Безусловно, было бы лучше, окажись с ним в паре умелый обскур. Но в нынешних обстоятельствах подошёл бы и тот, кто мог справиться с неприязнью ради выполнения миссии.
— Зои Сорайя и... — начал ректор.
Что-то тёплое невесомо коснулось грудной клетки Каина. Отыскав светлую макушку среди остальных, он склонил голову в ожидании.
И наконец, ректор произнёс:
— Каин Незера.
[1] Название отшельников, кочующих в пустыне от одного племени к другому.
Глава 16. По пути поиска взаимопонимания. Часть 1
Если вы не ребёнок, не женщина и не алкоголь, но всё это любите , местом отдыха можете смело выбирать планету внешнего кольца системы Х.
Междупланетное туристическое агентство Хэйзар
Ранка зудела. Её рваные края начали гноиться и испускать зловонный душок. Яд гремучника медленно отравлял тело Зои. Конечности немели, а мысли в голове становились всё более обрывистыми и бессвязными.