— Ладно-ладно, угомонись. Больно же, — шикнул он, обиженно поджав губы. — Я не знаю их. Какие-то неместные прилетели экзотичными вещичками закупиться. Между прочим, и про булочную твоей кузины справлялись.
— Ч-что? — Зои вся вдруг окаменела. Нехорошее предчувствие вгрызлось в каждый сантиметр тела кровожадными клыкастыми пастями.
— Да ты не боись, я им так прорекламировал вашу семью, что небось со всей галактики начнут прилетать.
Дэйв выглядел чрезмерно довольным, что у Зои зачесались кулаки. Но на то, чтобы врезать ему по физиономии, не было времени. Внутренний голос вопил об опасности. Зои чувствовала, что должна немедленно оказаться рядом с кузиной.
✩₊˚.⋆☾⋆⁺₊✧
Зои проталкивалась сквозь толпу с бешено колотящимся сердцем. Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум. Этот оглушающий звук отдавался пульсацией в голове, груди и желудке. Кучка зевак стояла перед порогом булочной, обступив её полукругом. Растолкав каждого, она ворвалась внутрь и шумно выдохнула.
Запах хлеба игриво щекотал ноздри. Она с трудом дышала через рот,сладость шоколада ложилась на язык и вызывала тошноту. Деревянные столики, в виде четырёхконечных звёзд были перевернуты или разломаны. Стулья раскиданы по всему залу. Пробираясь через завалы к главной стойке, Зои впервые обратилась к Руте, дабы та даровала Мирай удачи, и выгнала бы кузину из булочной. Но чуда не произошло. За стойкой в рассыпанной по полу розовой муке лежала женщина.
В области живота Мирай из пяти ранок, словно оставленных когтями, лилась кровь, которую Зои поспешила остановить. Но та в насмешку только продолжала хлестать, окрашивая волосы и кожу девушки.
— Мирай…
Имя единственного родного человека вырвалось из неё гнусавым жалким хрипом.
Ресницы кузины затрепетали. Веки тяжело поднялись. Однако Зои поняла, что та уже ничего и никого не видела. Из карамельных глаз, всегда тёплых, всегда взирающих с заботой, едким паром выкипала жизнь. Рука Мирай нащупала её собственную и слабо сжала. Подушечки пальцев обдало холодом, но Зои стиснула ладонь женщины в ответ.
«З-о-о-и», — беззвучно прошептала она. Проглотив всхлип, Зои наклонилась к лицу кузины и тихонько произнесла:
— Я здесь. Прости, что не успела вернуться к обеду.
Губы Мирай дрогнули в полуулыбке.
— Не ввязывайся в переделки…
Зои истерично хихикнула. Кивнула. Несколько капель упало на щёку кузины, и она нахмурилась.
— Улетай. Стань тем, кем хочешь… И молю…— голос дрожал. Слова давались с большим трудом.— …береги себя.
Мирай дрогнула всем телом и обмякла в её объятиях. Зои вопила так громко и отчаянно, что почти сразу сорвала горло. Больше о тех секундах Зои не помнила ничего.
[1] Так называют послушников храма Руты, чувствительных к силе Дня.
[2]Механизм со специальным плоским кристаллом, позволяющим устанавливать связь, находясь на разных планетах в пределах 26 тысяч световых лет.
[3]Общепринятая валюта в галактике Саликс Алба.
[4] Серебрум – приставка к разумным формам организма, у которых есть свой язык, подобия традиция и правил.
[5] Имя главной богини дарующей силу всем последователям храма Дня.
[6] Названия кошек, обитающих на многих планетах галактики.
Глава 2. По пути Хвори
Несмотря на то, что до нас дошли свитки, в которых ясно сказано
что Рошана, великого смертоносного змия,
Оникс одолел вместе с Рутой, храм Ночи продолжает
перевирать факты и утверждать о единоличной победе своего Бога.
Рори,
Верховный писарь храма Дня
Кёррнер. «Танец песчинок». Кажется, так переводилось название этого пустынного места, где он прибывал уже четыре месяца. Подобно извивающимся змеям, дюны, от ржаво-красных до золотых, испещряли поверхность планеты вдоль и поперёк, лишь в редких клочках земли позволяя раскинуться тонким слабым речушкам. Рядом с такими реками селились племена. К ним сбегались диковинные пустынные зверьки. Вблизи одной из таких разместили и храм в честь бога Ночи — Оникса. Четыре чёрных столба, уходящих в небо и совмещённых между собой мостами из вулканического стекла. Помимо религиозных функций храм служил временной базой для имперских войск. А ещё был неплохой клеткой для Каина — третьего из пяти детей нынешнего Тёмного лорда и императора.