У выхода из покоев его ждали полуобнажённые девушки. Их груди едва прикрывала за узкая полоска чёрной ткани, свободные шаровары были прозрачными, на бёдрах крепились повязки из бронзовых монет, которые дребезжали от малейшего движения. А вот лица девушек были спрятаны под плотной вуалью, оставляя на виду лишь раскосые карие глаза.
— Мы отведём вас, молодой господин, — произнесла та, что была выше, и взяла его под локоть.
— Положитесь на нас, — вторила ей другая, прильнув к его боку.
С ленивым интересом он прошёлся по служанкам взглядом. Открытые участки их тела оставили Каина равнодушным. Не было особой нужды запечатлеть в памяти образы этих девушек. Как и не было нужды дарить им свою благосклонность. И всё же он разомкнул губы, приказывая изогнуться в полуулыбке, которая, как он знал, являлась точной копией приманивающей улыбки его отца.
Отвечая на их речи, не привязанные к какой-то определённой теме, Каин пытался концентрировать на пути, по которому его вели миаши — служанки, прислуживающие на аукционе. Каин подмечал входы и выходы, считал ступени и сколько секунд уходило, чтобы преодолеть то или иное расстояние. Всё это пригодится, когда придёт время выбираться.
— Когда возвратят мой лот? — Каин спросил это для отвлечения служанок от собственного тщательного изучения здешней обстановки.
— Вы должны запастись терпением, господин, — пропела та, что хоть и прижималась к нему, держала едва уловимую дистанцию.
— Когда ваш товар досмотрят, ей, как и другим придётся обучиться танцевальным движениям, — подхватила вторая миаши.
— Танцы? Никто не упоминал об этом.
Обе служанки кивнули.
— Потому что раньше их не было, господин. Две недели назад сменился визар.
— И он обожает танцы, — пояснила одна слова другой.
Каин погрузился в свои мысли. «Смена визара? Неудивительно, но перед самым проведением масштабного события?». Было ли это к добру или к худу для их с Зои миссии?
— Беспокоитесь, что она не справится?
— Танец довольно прост, даже неопытным глупышкам под силу.
В их голосах звучала откровенная насмешка.
— Я больше беспокоюсь за судьбу других девушек, если моя покажет себя слишком хорошо.
Образ той, о ком они рассуждали с таким пренебрежением, словно манящий мираж, возник перед глазами Каина. Да, большую часть времени Зои была скорее маленьким злобным зверьком. Но он ведь не просто так называл её шитти, именем прекраснейшей демоницы. Зои могла бы заставить пасть к её ногам любого, если бы только пожелала.
— Пришли, господин.
Руки миаши оставили его. Служанки отступили, чинно сложив ладони на уровне солнечного сплетения.
— Принести вам выпить?
Он начал уставать от их общества, а потому коротко кивнул. Звеня монетами, служанки покинули его. С тихим шорохом Каин скользнул в пространство, утопающее в пёстрых коврах, которые лежали на полу и прятали стены. Высокий сводчатый потолок был задрапирован разноцветной тканью, её лоскуты также свободно спадали вниз, колыхаясь из-за передвижения гостей. Вместе с густой удушливой дымкой от благовоний всё это делало окружающую Каина картину размытой, будто ненастоящей, проделкой затуманенного сознания.
Отовсюду доносился аромат сладостей и приправ. Он должен был разжечь аппетит — до еды, напитков, плотских утех. И потому как попадавшиеся Каину на пути пытались прижаться к нему, как жадно бегали их глаза по телам друг друга, как нервно дрожали их пальцы или то, что было вместо них, становилось понятно, что все усилия организаторов аукциона окупались.
Сам же он действия дурмана не ощущал. Его пытались отравить столько раз, что в один день он попросту начал принимать различные яды в умеренных количествах. Теперь у него выработался иммунитет к большинству известных в империи токсинов.
Не спеша он лавировал между группами гостей, прислушиваясь к разговорам, пока в какой-то момент он не оказался у низких круглых пуфиках, на одном таком могло поместиться сразу несколько человек. Каин решил задержаться и сесть: отсюда открывался более широкий обзор.
В самом центре на постаменте-подставке стояли свечи разных форм и размеров. Рядом расположилось трое музыкантов,и у каждого из них в руках был свой инструмент: с круглым корпусом и двухструнный, по которым музыкант водил смычком, двухсторонний маленький барабан и двенадцатиструнный инструмент с коротким грифом и корпусом, напоминающим грушу. Барабанщик задавал ритм, в то время как заклинатели струнных укачивали слушателей на волнах приятных глубоких звуков.