ЛЕННОН
— Ты опоздал, — сквозь стиснутые зубы бросаю я в тот момент, когда он наконец подъезжает на этом гробике на колесах и глушит двигатель.
Как и следовало ожидать, шлема на нем нет — ведь это не вяжется с образом «плохого парня», который он так старательно культивирует.
Ох, опасность, жизнь на грани, рискует размазаться по асфальту… Как впечатляюще.
Закатываю глаза и скрещиваю руки на груди, раздраженная до предела тем, что прождала здесь почти двадцать минут, хотя мы еще вчера переписывались, и он подтвердил наши планы. Начало Сентября в южной Луизиане, и от влажности я буквально тону в собственном поту. Да еще и эмоционально нестабильна после утреннего разговора с отцом.
Мы впервые говорили с той самой ночи, когда пришел Чендлер, и он совершенно не понимает, почему я вне себя от ярости. Более того, он обвиняет меня в том, что я «устроила сцену» и опозорила его перед друзьями и коллегами. Услышав это вместо извинений, я почувствовала лишь еще большую злость, разочарование… и боль.
Почти появилось чувство вины за то, что я тайком катаюсь за их спинами, но после сегодняшнего разговора я лишь убедилась — это мой шаг к тому, чтобы вернуть все, что он у меня отнял.
— Ты будешь в шоке, но мое расписание не крутится вокруг тебя, Золотая Девочка. У меня была тренировка, и я еле успел помыться перед тем, как тащиться сюда, — хрипло бросает он, перекидывая ногу через мотоцикл и засовывая ключи в карман спортивных шорт. Теперь, когда он упомянул душ, я замечаю, что его темные непослушные волосы еще влажные и завиваются на концах у шеи. Кажется, он не брился с нашей последней встречи — щетина покрывает его резко очерченный подбородок.
Я не разглядываю его дольше секунды… Нет. Я не опущусь до этого.
Это строго взаимовыгодная деловая договоренность.
— Мое расписание тоже не крутится вокруг тебя, Сатана. Ты опоздал на полчаса, — огрызаюсь я.
— Но я же здесь, да? Знаешь, я начинаю думать, что у тебя есть фетиш на унижение, раз ты так любишь грубить мне. Тебя это заводит? — он кривит губы в ухмылке.
Не знаю почему, но его грубость заставляет пульс участиться.
Я подавляю странное чувство, клубящееся в животе, и фыркаю:
— Скорее, наоборот. Похоже, это как раз твоя фантазия.
Он пожимает плечом:
— У меня их много. Но ты не потянешь.
«Например… что?» — хочется спросить, хотя мне должно быть все равно.
Я ненавижу его и буквально все, что с ним связано. Мне не нужно знать, какие у него извращенные фантазии.
— М-м-м, Золотая Девочка покраснела, — мой взгляд резко переходит с его бицепса, обтянутого черной футболкой, на его лицо. — Кажется, я кое-что понял. Наша чопорная принцесса любит похабности, да?
Игнорируя учащенное сердцебиение, я поворачиваюсь к ателье и сглатываю. Он смеется у меня за спиной, и мне хочется развернуться и придушить его.
Такой самодовольный… и высокомерный. Бесит.
— Не переживай, я никому не расскажу, — его низкий, хриплый голос звучит прямо у моего уха, когда он наклоняется, и губы почти касаются моей кожи. Я чувствую его горячее дыхание на мочке уха, и меня чуть не пробирает дрожь. Требуется вся выдержка, чтобы подавить эту реакцию. — Твой секрет в безопасности.
Что-то подсказывает мне, что с Сейнтом Дэверо ничего не может быть в безопасности, и что мне стоит помнить об этом.
— Ты уже закончил? — бормочу я слегка дрожащим голосом.
Между нами повисает пауза, густая и тяжелая, будто заряженная ожиданием, прежде чем он тянется мимо меня, обхватывает дверную ручку и распахивает дверь.
— Дамы вперед.
Его рука касается моей поясницы — жест, который можно было бы счесть галантным, если бы я не знала, кто он. И все же от этого у меня странно екает в животе.
Когда мы заходим в ателье, мне трудно сосредоточиться. Взгляд прилипает к Сейнту, пока он оглядывает современный магазин со светлыми стенами, мраморными столами и роскошными золотыми деталями. В центре комнаты сверкает огромная хрустальная люстра.
— Шикарно, — хрипло бросает он, проводя пальцем по мягкой ткани, покрывающей столы.
Я не впервые в «Бордо». Этот ателье работает в Новом Орлеане почти сто лет, обслуживая тех, кто может позволить себе их заоблачные цены. Именно поэтому я привела Сейнта сюда. Раньше я уже покупала здесь вещи для мероприятий, и если отец увидит списание с моего счета, он даже не задумается.
Он просто не узнает, что именно я покупаю... и для кого.
Смокинг, достойный короля. Просто этот король — правитель ада.
— Мисс Руссо, здравствуйте! Рады видеть вас, — Лео, портной, с которым я договаривалась о встрече, приветствует нас, его голубые глаза теплы и дружелюбны, когда он переводит взгляд между мной и Сейнтом. — А вы, должно быть, мистер Дэверо? Очень приятно.