Извинитесь перед ним за хлопоты и неприятности, причинённые доктором Шеффером. Далее вы должны обсудить с королём возможность продать ему оставленное на Оаху компанейское судно «Кадьяк». Оно, правда, не в лучшем состоянии, но лишь за корпус и рангоутное дерево вы можете запросить десять тысяч пиастров. Постарайтесь убедить короля, что он выгадает на этой сделке, поскольку корпус сделан из прочного дерева и всего лишь нуждается в конопачении. По моей прикидке, минимальная цена корпуса — тысяча пикулей сандалового дерева. Обговорив всё с королём, вы следуете на остров Оаху, где собираете оставленных там людей. Ежели договоритесь с королём о продаже судна, «Кадьяк» надо снять с мели и отбуксировать к берегу. Когда придёте на Кауаи, постарайтесь заставить Каумуалии заплатить за подаренную ему Шеффером шхуну «Лидия», как и за другую собственность компании, сандаловым деревом.
Гагемейстер взял со стола папку с бумагами и передал её Подушкину.
— Возьмите с собой копии соглашений, заключённых доктором Шеффером с Каумуалии. Они могут пригодиться вам как юридическое обоснование наших требований. Каумуалии своих обязательств не выполнил. Напомните ему, что компания так и не получила медь, которой было обито ниже ватерлинии судно «Беринг». Ввиду ценности этого металла мы ждём его возврата или соответствующей компенсации. Скажите королю, что мы не виним его в изгнании доктора Шеффера, но считаем, что королю целесообразно сохранить русский флаг, который может служить ему своего рода охранной грамотой. Постарайтесь, Яков Аникеевич, внушить Каумуалии, что мы хотели бы получить обратно земли, подаренные им не лично Шефферу, а компании. Мы не собираемся обижать его подданных, диктовать ему свои законы и хотим лишь его дружбы и мирных торговых отношений с сандвичанами. Будет очень хорошо, ежели король согласится оставить на землях компании часть наших людей. В противном случае вы собираете всех, кто остался на Кауаи, и отплываете с ними обратно. С вами пойдёт промышленник Тимофей Тараканов. Вы с ним знакомы?
— Да, — подтвердил Подушкин, — мы познакомились в порту Гонолулу, когда «Ильмень» стоял там на ремонте.
— Какое у вас мнение о нём?
— По-моему, толковый и грамотный мужик.
— В нём есть что-то дерзкое, но он может быть полезен. Он хорошо представляет себе, где надо искать компанейских служащих, и неплохо осведомлён о всех деталях взаимоотношений доктора Шеффера с королём Каумуалии, то есть о том, что мы можем требовать от короля. Вы доставите на Кауаи тоена Ханалеи с женой и слугами. Позаботьтесь, чтобы его и всю свиту хорошо кормили во время плавания. Он очень переживает за свою жену и уверял, что она умирает с голоду. Дайте ему подарки, чтобы он забыл неудобства, причинённые доктором Шеффером, и ту незавидную жизнь, какую он терпел здесь. Насколько я помню, я уже знакомил вас с молодым, крещённым в России сандвичанином Фёдором. Используйте его в качестве толмача при переговорах с королями. Он родом с Кауаи, и ежели Каумуалии захочет оставить его себе, то пусть парень остаётся у короля. Он благожелательно относится к нам, благодарен образовавшей его компании и в дальнейшем может быть ей полезен. Тоен Ханалеи говорил мне, что в селении Ваимеа осталось на складе сандаловое дерево, которое было доставлено на «Ильмене» с северного побережья острова, — почти две с половиной тысячи поленьев. По мнению вождя, доктор Шеффер собирался использовать это дерево для своего обогащения. Ежели оно сохранилось, мы вправе считать его собственностью компании, и вы должны погрузить его в трюм «Ильменя». Кажется, всё. Я надеюсь на ваш опыт, Яков Аникеевич, и здравый смысл. Последний совет: ежели к вам будут очень приставать сандвичанские короли и уговаривать подарить ваш мундир, не уступайте им. Одного русского мундира с них достаточно.
Лейтенант Подушкин покраснел.
— Это доктор Шеффер уговорил меня подарить мундир Каумуалии — ради политических видов.
— Но у вас должна быть и собственная голова на плечах. Не советую вам повторять эту ошибку. Желаю успеха!
В последний момент, в день отплытия корабля, капитан-лейтенант навязал Подушкину штурмана «Кутузова» Ефима Клочкова.
— Он прежде бывал со мной на Сандвичевых, — сказал Гагемейстер. — Пусть идёт вашим первым помощником.
Но Подушкин подозревал, что капитан-лейтенант полностью ему не доверяет и Клочков направлен для тайного контроля.