— По мере того, как продолжается следствие об убийстве Джона Кеннеди, — говорил один из популярнейших обозревателей Эн-Би-Си, стройный седеющий красавец, — растет число жертв. Сегодня к трем предыдущим присоединилась четвертая. Ею оказался полицейский сержант Дуглас Мирчакофф, отец четырех детей. Он был найден мертвым у себя дома. Миссис Мирчакофф, которая в настоящий момент находится с детьми у своих родителей, узнав о смерти мужа, воскликнула: «Эти мафиози его доконали!». В интервью с нашим корреспондентом окружной прокурор Арнольд Харрисон заявил, что сержант Дуглас Мирчакофф был первым официальным лицом, прибывшим на место ареста убийцы Джона Кеннеди. Он первый произвел краткий допрос арестованного и он, также первый, обнаружил стреляные гильзы. Сержант трижды давал противоречивые показания Сенатской Комиссии по Расследованию как о гильзах, которые впоследствии исчезали самым непонятным образом из полицейского управления, так и об ответах убийцы на его вопросы. теперь сержант Дуглас Мирчакофф умолк навсегда. Возникает законный вопрос — сколько еще будет продолжаться эта Пляска Смерти? И кто следующая жертва?
Дик нажал кнопку на пульте дистанционного управления, экран погас.
— Вам больше ничего не нужно, сэр?
Горничная стояла в двух шагах от Маркетти, выжидающе смотрела на него. Беленькая кофточка расстегнулась на груди, обнажив ее едва не до сосков. Маркетти медлил с ответом, разглядывая кофточку.
— Вам что-нибудь нужно, сэр? — повторила девушка, переминулась с ноги на ногу, облизала и без того влажные губы. Подошла к нему немного поближе.
— Я понимаю, твое следующее дежурство послезавтра? спросил ее Маркетти. И едва коснулся пальцами ее груди. Слабым движением корпуса она чуть-чуть отклонилась от него. Впрочем, за этим движением не чувствовалось ни недовольства, ни протеста. Маркетти продолжал: — Вот тогда, пожалуй, ты сможешь сделать для меня кое-что.
— Да, сэр! — улыбнулась девушка, смело взглянув Маркетти в глаза, медленно, как бы нехотя, вышла из номера.
Маркетти задремал, сидя в кресле. Стакан, наполненный наполовину, выскользнул из его руки, упал на пол. жидкость расплескалась по толстому ворсистому ковру, стакан откатился в сторону. Маркетти ничего этого не видел. Он видел во сне впервые с того рокового дня — Джона Кеннеди. Они сидели на веранде старинной каменной виллы где-то в Техасе. Об этом штате не было сделано никакого упоминания в их разговоре. И надписей соответствующих не было нигде. И тем не менее Дик твердо знал, что это именно он — самый великий, самый богатый, несравненный штат Техас.
— Я слышал, Дик, — говорил дружески Кеннеди, — что вы получили довольно приличное наследство от вашей тетушки?
— Да, сэр, — пролепетал едва слышно Маркетти. — Она скончалась в Калифорнии. И там похоронена.
— Странно, — проговорил Кеннеди. — Мне только что доложили, что среди свежих захоронений никакой синьорины Катарины Маркетти — так, кажется, ее звали? — не значится.
— Как же так, сэр? — замирая от страха, продолжал Маркетти. — Вот у меня и письмо есть из адвокатской конторы. И бланк фирменный. И подпись чернилами.
— Что бланки, что все подписи мира стоят? И те и другие — сплошная фикция, — неопределенно махнул рукой Кеннеди. — Вы лучше расскажите, что вы собираетесь делать с вашими денежками? Ведь это же никакое не наследство, правда? Вы заработали их тяжелым, но честным трудом?
— Да, сэр, да! — выкрикнул Маркетти, чувствуя, как слезы застилают ему глаза. — Это моя первая удача в жизни.
— Посоветуйтесь со своим боссом и моим другом Джерри Парселом, проговорил убежденно Кеннеди, — как вам лучше поступить с этими деньгами. Уж Джерри-то знает.
— Да, сэр.
— Джерри все знает.
И тут же Дик увидел череп, разваливающийся пополам, отскакивающие от него осколки розовых костей и кровь…