Келеп выхватил Меч Смелости Света из ножен. Тени тоже выхватили своё оружие.
– Покинь Наинекса, Предат! – Прокричал Келеп, крепче сжимая рукоять меча. Наинекс улыбнулся:
– Я Наинекс. Предат лишь помогает мне. Отдайте мне посох.
– Ах ты ж тварь! – Выдохнул Келеп.
– Ты ничего не понимаешь…
– Что вы стоите как истуканы?! Правитель не в себе, его нужно связать! – и тени дружно набросились на Наинекса. Он хотел было начать произносить заклинание, но Предат остановил его: «Слишком долго». В груди Наинекса затеплилось то неописуемое, тёплое чувство, что он чувствовал в абсолютной темноте, будучи душой. Он выбросил вперёд руку с символом Предата и направил это чувство в неё. Души всех этих теней должны быть свободны…
Перед Наинексом появилось чёрный мутный пузырь, в который провалились прыгнувшие к нему тени. Спустя несколько секунд пузырь исчез, у ног Наинекс лежали десять неподвижных тел. Поражённый Келеп стоял неподалёку.
Наинекс прыгнул и мгновенно оказался на трапе, где лежал чехол с посохом. Келеп с криком бросился на Наинекса, но Правитель взмахнул рукой, отбросил брата прочь и достал Посох Тьмы. Они торжествовали. Теперь их ничто не сможет остановить.
Теперь они вернут всем душам, запертым в смертных телах, свободу.
Глава 6. ЧУВСТВА
Наинекс держал в руке Посох и ощущал пульсации готовой наполнить его энергии. Прошлая попытка объединить силы Посоха и Кристалла была на редкость неудачной, и Правитель с ужасом осознал, что это может повториться еще раз, только в этот раз рядом не будет Мирдлона…
«Об этом я уже позаботился», – услышал Наинекс голос Предата. – «Просто полностью откройся». Наинекс закрыл глаза. Две силы хлынули навстречу друг другу и столкнулись, словно волны, но ничего не произошло… Они наполняли его, вместе и каждая в отдельности, тянулись друг к другу, но не вступали в конфликт. Их разделяла какая-то магическая перегородка, она изгибалась и вибрировала, Посох отдавал гораздо больше энергии, чем Кристалл. Посох сейчас был намного сильнее.
«Неплохо, правда? Но их надо бы уравновесить, не так ли?», – проговорил Предат. «Насколько крепок барьер?» – уже не сомневаясь в его надежности, спросил Наинекс. «Барьер, который я поставил, выдержит гораздо больше, чем то, что может дать Кристалл всем троим одновременно. Дело за твоим братом…»
– Наинекс! Ты слышишь меня? Очнись! – кто-то тряс его за плечи и кричал прямо в лицо.
Наинекс пришел в себя и улыбнулся Келепу, это был он:
– Не трогай свою железку, она тебе не поможет, – сам собой вырвался ответ.
– Я не хотел этого… Прости! – Келеп занес меч, знак на руке блеснул и из меча вырвалась яркая красная молния.
«Вот это да!» успел удивиться Наинекс, Келеп похоже выдал свой максимум. Но как это было предсказуемо… Сработал щит, похоже подготовленный заранее, и ещё что-то, совсем непонятное. Глаза застило чернотой, и когда она отступила, Наинекс увидел беспомощно висящего перед собой, скрюченного брата. Меч валялся рядом. Посох был направлен на Келепа, и немного подрагивал в руке, а из запястья брата струился поток энергии, заканчивающийся на другой руке Наинекса. Свет жадно наполнял его своей силой. В голове Правителя звучал громкий хохот Предата.
– Просто убей меня… – простонал Келеп.
«Нам нужна сам кристалл… А потом мы освободим его душу от страданий».
Символы Кристалла Света пульсировали в соединяющем их энергетическом разряде. Наинекс взял брата за ладонь и сжал руку, отвернув глаза от слепящего снопа искр.
«Отлично, теперь дело за мной. Соедини их вместе». Наинекса наполнило знакомое чувство радости и удовольствия, непонятно откуда появилось желание получить Кристалл Света целиком, и только себе. Он попытался соединить руки, но почувствовал сопротивление, и это не было только сопротивление брата, сам символ на руке Келепа отталкивал его руку. Одновременно он почувствовал… Почувствовал за удовольствием, дарованным Предатом, другое, невиданное чувство, исходившее от Келепа. Это была надежда и она захлебывались в потоке удовольствия, Предат побеждал. Рука брата ослабла, ритуал был уже практически завершен.…
До боли знакомый голос окликнул его: – Наинекс! – Это была Манокисана. Где-то глубоко шевельнулось удивление и неожиданная радость. Что-то сразу произошло, сломалось в заклинании Предата, внезапная судорога свела руку Наинекса и он непроизвольно отдернул её. Рука брата безвольно повисла, на его запястье еле заметной нитью все еще продолжал мерцать символ Кристалла. «Наинекс!», – воскликнул Предат, явно недовольный, – «Помни о нашей миссии! Если она тебе мешает, освободи её душу! Она будет рада.»