Предат поднял Посох, и невидимые цепи охватили его, не давая пошевелиться. Рука вывернулась, безжизненный знак Кристалла Света еле-еле угадывался.
– Кроме того, я получил не всё, что ты мне должен.
Предат приложил свою ладонь к запястью Наинекса и сжал ее. Резкий всплеск магической энергии, и словно канат рванул руку, выдергивая ее из плеча, Наинекс закричал, не в силах стерпеть боль. Когда крик затих, на металлической руке Предата появился символ Кристалла Света.
– Ты жалок… Договориться с Кристаллом Света будет немного сложнее, но всё равно я получу всю его силу. И начну выполнять свой священный долг. С твоего мира, Наинекс.
Сила покидала Правителя. Он больше не ощущал силы ни Кристалла Света, ни его Осколка Мудрости, что дремал всё это время в его Нири. Его тело слабело. Предат забирал всё…
– Ты не посмеешь сделать это! Ты не осквернишь Кристалл – раздался голос Мирдлона. Золотой молнией меч бросился на металлического монстра. Лезвие ударилось о грудь и с лязгом отскочило. Предат непринужденно взмахнул Посохом, и меч, извивавшийся, словно живое существо, распрямился и замер. Голос его затих. Наинекс понял, что Мирдлон мёртв, и на этот раз окончательно.
– Глупо для Меча Мудрости Света, – проговорил Предат, продолжая высасывать силу из Наинекса, – Неужели он не мог придумать что-нибудь получше?
Наинекс медленно проваливался в забытье, непрекращающаяся боль заполнила все его сознание. И вдруг Предат прекратил свою пытку:
– Ты не достоин умереть, как твой брат. Ты мне слишком сильно не нравишься. Ты будешь наблюдать. Наблюдать, как я уничтожу всё, что ты любил, и всё, что ты сделал, Нерфертию, Лирей, а потом сам мир Лир. А пока… Пока посиди тут, в местной темнице. И ты будешь таким, каким я тебя впервые увидел. Слабым, лишь с глупой книгой и мечом, который не заключал в себе никакой магической силы.
– Прощай, Наинекс, неудавшийся правитель, – усмехнулся Предат, – отдохни от своих важных дел.
Пол под Наинексом разошелся в стороны, и под ним обнаружился глубокий тёмный провал, в который сразу же соскользнул меч. Звука падения не было. Наинекс не видел дна. Заклинание, удерживающее его в цепях, пропало, он полетел вниз и потерял сознание…
«Что Вы сделали?!» – прорычал Эударн, «А книга? Она принадлежит мне по праву моего рождения!»
Металлическая голова повернулась в сторону короля:
– Ты славно послужил… Но твоя бесполезная болтовня начинает утомлять. Ты свободен.
Дракон превратился в пепел.
– Ну что ж, начнём… – сказал Предат сам себе и наклонил голову.
Щит вокруг Великого Города треснул. Нукисироси больше не было.
Глава 5. ПОБЕГ
Наинекс лежал в темноте на чём-то мокром, твёрдом и холодном. Любое движение причиняло адскую боль. Всё, что он чувствовал – это пол, боль и лужу своей собственной крови. Он был на волоске от смерти, но не умирал. Предат оставил с ним Нири, который не давал ему умереть, вдыхая жизнь в практически мёртвое тело.
Прошло несколько часов. Послышался тихий шорох и спустя несколько минут кто-то маленький забрался к нему на грудь. Конечно, крысы. В какой порядочной тюрьме не было крыс?
Наинекс почувствовал, как крыса укусила его, стало еще больнее, отвратительно и противно. Это было хуже, чем смерть. Намного хуже. Пришла мысль, что Нири не только великое благословение, но и великое проклятие. Сколько солдат на войнах, которые он вёл, были сильно ранены, но благодаря Нири выжили? А если их не отвезли в госпиталь?
Спустя несколько минут крыса убежала. "Вероятно за сородичами" – подумал Наинекс. Он смирился с этим и начал размышлять о произошедшем. Предат сказал, что убил Келепа… Восстановив в своей памяти образ брата, Наинекс с ужасом осознал, что он мёртв.
Слеза скатилась по щеке Правителя, и это стоило ему нескольких дней регенерации… Хотя, какой, к чёрту, регенерации! Даже если смерть не настигнет его, он сойдёт с ума к моменту, когда восстановит все повреждения, если это вообще случится.
Наинекс лежал…
Свет ослепил Правителя. Он удивлённо заморгал глазами, но был не в силах повернуть голову, чтобы узнать, где источник этого таинственного света. Раздался голос – голос Дрикондора!
– Вот ты где… Ну и потрепала же тебя судьба. Не волнуйся, сейчас пойдёшь на поправку.
Наинекс почувствовал тёплую и ласковую волну энергии. Боль отступила, спустя некоторое время Наинекс смог сесть и наконец-то огляделся. Стены достаточно большой камеры, построенной из тёмно-коричневого кирпича, сужались высоко вверху. В углу обнаружилось небольшая нора, через которую, вероятно, и попадали в комнату ненавистные крысы. Рядом стоял Дрикондор, небольшая сфера над ним излучала тихий желтоватый свет. Он сжимал в руке свой посох с огромный кристаллом Нири, зажатым между деревянных сучьев. На плечах улеглась жёлтая в крапинку ящерица, наблюдающая за происходящим большими красными глазами.