Улыбка пропала с лица Злобена, и Наинекс почувствовал мощное заклинание перемещения…
Глава 7. БУРЯ
Под ними расстилался захватывающий пейзаж: города, леса, горы, реки и моря раскинулись, уходя за горизонт. Везде гудела жизнь. На востоке вставало яркое солнце, и его ласковые лучи постепенно освещали прекрасную планету. День настал. Его трёхсотлетний день рождения. Наинекс сжал рукоять меча, называвшегося когда-то Мирдлоном.
Чёрный Кхаа не использовал заклинание левитации и, наслаждаясь полетом, грациозно взмахивал огромными чёрными перепончатыми крыльями рядом. Злобен перенес их сразу в нужное место: впереди был Предат.
Солнце не отражалось на его доспехах, а магические символы мерцали, то разгораясь ярким белым светом, то погружаясь во тьму. Темный обруч защитного поля стал похож на портал в бесконечность, посреди которого стоял страж, готовый открыть проход.
Металлическая маска медленно повернулась в их сторону, глаза Предата, казалось, были направлены только на Наинекса. Раздался высокий, скрипучий голос:
– Какая удивительная компания! Король драконов, сбежавший из своего уютного подземелья, смертный, строящий из себя мудреца и… братец-сопляк. Ох, Злобен, лучше бы ты оставался в своей тюрьме, тогда бы прожил ещё пару тысяч лет. Ты же знаешь, что Кхаа тоже смертны?
Злобен промолчал, смерив Предата взглядом, полным ненависти. Наинекс вытащил меч из ножен. Маска Предата не шелохнулась:
– На что ты надеешься, братец? Предсказание не сбылось, со мной твоя сила, да ещё и уйма сил Лирена… Ты всё ещё надеешься меня одолеть?
Наинекс заметил на лице Кхаа Тьмы мимолетную улыбку:
–Ты ошибаешься. Время настало. Настало сейчас.
Предат перевел взгляд на Злобена.
– Что ты хочешь сказать? Полно! Долгое заточение всё же не пошло тебе на пользу… Будущее наступило, предвидение не сбылось, всех ваших сил не хватит, чтобы хотя бы приблизится к моим возможностям, и даже чувства, на которые вы так надеетесь, не помогут – эти двое смертных так и не не научились управлять ими как следует …
– Посмотрим, – сказал Злобен, ухмыляясь.
– А ведь когда-то мы с тобой ладили…
– Хватит бессмысленной болтовни!
Эти был сигнал. На протяжении всего разговора Наинекс взращивал в себе гамму эмоций, которые собирался использовать против врага. Это было счастье, любовь, гордость и желание защитить, а также многие другие чувства, назвать которые Наинекс даже не пытался.
Он почувствовал энергетические каналы, которые мгновенно установили с ним Злобен и Дрикондор, и ринулся вперед. Внезапно Наинекс осознал, что получаемой энергии было заметно меньше, чем тогда, когда он держал в своих руках Посох, и значит придется сразу использовать все обуревающие его эмоции. Он сконцентрировал их в мече, используя его как проводник бурлящей энергии изначальной магии, и хлестнул по защитному полю, появившемся перед ним мутной пеленой.
«Разрушить!». Завеса завибрировала, но устояла.
– Я показал тебе ужасы жизни, Наинекс, но, видимо, ты так и не усвоил урок… Как я понимаю, телесные страдания на тебе не работают. Посмотрим, какое будет твоё желание жить после небольшого фокуса, – Предат захохотал. Наинекс отстранился, мгновенно направил всю получаемую энергию на защиту и одновременно почувствовал появление в своем сознании Злобена и Дрикондора. Пробраться в его разум, не ослабив контроль за происходящим, теперь вряд ли сможет даже Предат. Но то, что сделал падший Кхаа после своих слов, Наинекс никак не ожидал.
Рядом с Предатом возникла Манокисана. Она была связана магическими путами и не могла пошевелиться. Девушка парила в воздухе, её платье развевалось на ветру, а позолоченный обруч сиял на солнечных лучах. Она закричала:
– Наинекс!
Наинекс сбросил защиту и ударил еще раз, ему показалось, что марево перед ним прогнулось и вот-вот расступится, собрал остатки сил для ещё одного удара… И не успел. Предат выставил в сторону руку и вонзил её, словно меч, в грудь Манокисаны. Она вскрикнула. Наинекс почувствовал, как жизнь мгновенно покинула её тело. Хохот Предата гулом отдавался в голове Наинекса.
Наинекс, полный необузданной ярости, закричал. Он не помнил себя. Его лишили всего, что он любил и с кем был близок в этом проклятом мире. Драконы … Да что, драконы! Больше нет братьев, и – самое невыносимое – больше нет Манокисаны и ещё не родившегося наследника. Наинекс трясся от переполнявших его ненависти и горя. Единственным желанием было порвать Предата, уничтожить, превратить в горстку пепла, в ничто.