— Ее спасти можно? — глотая слова, стал спрашивать Матвей. — Она ведь убила себя, чтобы не стать вампиром! Вот черт!
— Ее, наверное, спасти можно, но сущность уже нельзя! — констатировал Гелиот. — Я могу ускорить процесс обращения, это поможет ей скорее стать вампиром, тогда рана затянется и будет шанс.
Он замолчал, обдумывая свой следующий вопрос.
— Она свой выбор сделала! — наконец произнес он. — Ты уверен, что мы вправе менять его?
Матвей с ужасом смотрел на него и молчал.
— Матвей! — крикнул Гелиот. — Теперь делай его ты. Готов ли ты к Вере-вампиру? Я уверен, ее выбор был больше основан на твоем отношении. Она всегда любила только тебя, а ты так люто ненавидишь нас, что она выбрала смерть. Я ее понимаю!
— Ты винишь во всем меня? — ошарашено протянул юноша, злость и бессилие завладели им. — Это мерзкая вампирка Элиз лишила ее жизни!
— Мы теряем время! — прервал его Гелиот.
— Тебе все равно? — стал истерить он.
— В каком смысле? — не понял Крон.
— Ты как всегда, собран и холоден! Я даже не могу понять, что ты чувствуешь! Ты ведь был с ней так долго рядом, тебе все равно, что она умирает?
— Если бы мне было все равно, я бы не пришел, — спокойно произнес Гелиот.
— Если она умрет, ты станешь Правителем, это твой план!? — уже кричал Матвей.
— Мы теряем время! — с нажимом произнес Гелиот. — Отвечу, чтобы ты смог взять себя в руки. Если Вера останется жить, она уже не сможет быть Правителем, потому что она больше даже не Крон, теперь она вампир. И даже если ты вместе с ней будешь умолять меня вернуться и возглавить Кронов, я не вернусь. Хоть на брюхе ползайте. Пришел я сюда исключительно ради Веры! А теперь повторяю, принимай решение!
— Я согласен! — выдохнул Матвей, без тени сомнения.
— Хорошо.
Гелиот скинул с себя ветровку. Аккуратно расстегнув пуговицы на блузке девушки, он распахнул ее, чтобы лучше видеть рану. Ухватившись за рукоятку кинжала, он медленно потянул его на себя. Вера издала тихий стон. Обтерев кинжал от крови о свою одежду, Гелиот полоснул себя по руке. Крупные капли крови стали стекать в рану на животе Веры, Гелиоту приходилось несколько раз повторно резать себе руку, так как порез быстро затягивался.
Рана на теле девушки стала быстро затягиваться, и вот будто ее и не было. Все в комнате замерли. Вера сделала глубокий вдох, и ее сердце перестало биться. Они не сразу поняли, что произошло.
— Ее воля сильнее многих! — устало сказал Гелиот. Прикасаться и проверять пульс ему не требовалось, Вера умерла. Он поднялся на ноги, Матвей обеспокоенно смотрел на него. — Она умерла.
— Нет, — простонал он в ответ.
Матвей подлетел к девушке, лежащей на земле, и стал судорожно искать пульс. Он схватил ее за плечи и начал трясти.
— Прекрати! — заорал на него Гелиот.
Голос, разлившийся эхом по залу, привел его в чувство. Матвей обхватил Веру и сильно прижал к себе, из его глаз потекли слезы.
— Вера умерла, как настоящая Правительница Кронов!
Гелиот сделал паузу.
— Я найду Элиз и убью ее! Можешь не сомневаться!
Матвей ничего не слышал, он только сильнее прижимал к себе девушку и водил руками по ее волосам.
Айвен отпустила руку Гелиота. Она перенесла его чуть дальше положенной точки.
— Ты неисправима! — подытожил Крон.
— Вера говорит, — девушка запнулась, из ее глаз снова потекли слезы. — Говорила, что мне надо отпускать ситуацию, контроль мешает! Я не понимаю, сначала учили контролю, а потом оказалось, что он вовсе не нужен.
— Ты чувствуешь силу? — устало спросил он.
— Да, — всхлипывая, отозвалась девушка.
— Сила должна быть под контролем, но твоя стихия — не твоя раба. Она — вольная птица и требует уважения. Верь ей, и она будет верно служить тебе. Это понятно?
— Не совсем! — сквозь поток слез протянула девушка.
Гелиот, больше ни сказав ни слова, зашагал в сторону своего дома. Чем ближе он подходил, тем сильнее торопился. Перед его глазами стоял Матвей, обнимающий свою безжизненную Веру. Сегодня вместе с Верой умерла часть его самого. Странно, он раньше так часто желал ей смерти. Он даже несколько раз сам пытался ее убить, но все это только сблизило их. И теперь было невыносимо грустно. Неужели всех, к кому он успевает привязаться, ждет неминуемая смерть?
Гелиот влетел по ступеням дома, животный страх заполнил все его существо.
— Вампиресса! — прокричал он.
В доме было тихо.
— Милая, — снова позвал он. — Вампиресса!
Он обошел весь дом, ее нигде не было.
— Вампиресса! — вылетев на улицу, прокричал он.