— Я не убийца… — плакала Вера, прижимаясь к Матвею. Он ласково гладил ее по спине. — Валага хотел, чтобы я была Правителем, и я им стала. Валага хотел, чтобы я убила Гелиота, но я не могу! Почему он сам этого не сделал? — Вера подняла на юношу глаза полные боли и отчаяния. — Почему он возложил эту миссию на меня? Не мне его судить, мне не за что его ненавидеть.
— Ты все верно сделала. Ты сильнее него, он не сможет причинить тебе вреда! Я рядом. Мы просто прогоним его!
— Я не убийца, — продолжала стонать Вера. — Я ведь не убила его? — испуганно дернулась она, вспомнив в каком состоянии его унесли отсюда.
— Нет, конечно. Когда Лев его забирал, он был без сознания, но жив.
— А вдруг у него сильно переломаны кости, его же придавило многотонной плитой? О, ужас! — вжалась девушка в Матвея.
Юноша увел Веру из Серого зала в дом Правителя. Теперь она здесь хозяйка.
Эпилог
Гелиот сильно переживал. Французский никогда ему не давался. Небольшой скверик. Высокие деревья. Детская площадка, залитая солнечным светом, а на ней свора детишек лет по пять. Они гоняют по кругу, катаются с горки.
Вон она. Пенелопа сидела на лавочке, прижимала руки к животу и заливалась веселым смехом наблюдая за игрой детворы. Гелиот пересек площадку и сел рядом с ней. Она бросила на него небрежный взгляд и быстро отвернулась. Он ее ничем не привлек.
«Она меня действительно не помнит», — мелькнула досадная мысль в голове. Юноша хорошо умел работать с памятью, он мог легко снять тот неумелый блок Льва, но стоило ли? Гелиот развернулся в пол оборота и нагло стал рассматривать Пенелопу. Вид цветущий, так же красива… Да, она счастлива! Здесь, без него, она чертовски счастлива. Сумасшедшей любви к девушке у него никогда не было. Ему было приятно знать, что его любят, было с кем проводить ночи… Стоит ли разрушать ее новую жизнь, чтобы снова через время бросить?
— Мы знакомы? — спросила Пенелопа по-французски. Он, погруженный в свои мысли, не ответил. — Мы знакомы? — более настойчиво произнесла она уже по-английски, ища его взгляд.
Гелиот наконец услышал ее.
— Нет! — бросил он. — Да. Точнее, я тебя знаю, ты меня — уже нет.
Пенелопа усмехнулась.
— Оно и не удивительно!
— Что именно? — не понял юноша.
— Я иногда встречаю людей необычных, они чем-то особенны. Я это чувствую. Они подолгу смотрят на меня, как ты сейчас. Если я пытаюсь с ними заговорить, то быстро уходят. Ты тоже сейчас уйдешь?
— Не сразу, но уйду.
— Расскажи мне, — взмолилась она, схватив его за руку. — Ты знаешь что-то о моем прошлом? Это мучительно! Я проснулась здесь, я помнила только как меня зовут Маргарита Фосью. Хотя и имя мне иногда кажется чужим. И все, больше ничего нет! Мое прошлое — пустота. Я умираю от боли и незнания. Мне тяжело. Это очень мучительно, пытаться вспомнить что-то постоянно ускользающее из твоей головы. Кто я?
«Грубое стирание памяти», — злился про себя Гелиот. — «Неужели они не могли постараться ради одной из нас, ради нее!»
— Только не уходи! — вскрикнула она.
— Минуту назад мне показалась, ты счастлива?
Девушка опустил глаза и улыбнулась сама себе.
— Да, — уверенно произнесла она. — Так случилось, что серая ночь в моей жизни закончилась. Я встретила Себастьяна. Я так его люблю! У нас скоро будет ребеночек. — Она провела рукой по животу. — Пусть я этого не помню, но мне кажется, я всегда мечтала о детях.
— Да ты всегда о них мечтала, — грустно проговорил он.
— Так ты правда знаешь, кто я? — чуть ли не задохнулась она от волнения.
— Да я знаю, кто ты Пенелопа.
Ее глаза расширились, вместе с именем в голове появлялись образы. Блок снимали. Это действовал Гелиот. Он аккуратно коснулся ее сознания. Убрал все варварские заслонки Льва. Он увидел, как Валага топил ее в болоте. Как он мучил ее. Как она согласилась отказаться от силы. Как тяжело далось ей это решение. Как постоянно она рвалась к нему. Как она верила, что он обязательно найдет ее несмотря ни на что.
Девушка отпустила его руку. Ее сердце билось как заведенное.
— Гелиот! — кинулась она ему на шею и крепко прижала к себе.
Юноша же руки так и не поднял, чтобы обнять ее в ответ.
— Я пыталась! — затараторила она. — Я пыталась предупредить тебя, но Валага догадался. Прости меня, — она заглянула ему в глаза. Он бесстрастно смотрел на нее. — Я плохая подруга. Я испугалась смерти и предала тебя. Я отказалась от тебя.