— Это она? — спросил Гелиот, открыв файл с фотографиями. С фото на него смотрела зеленоглазая красавица с ровным носиком и длинными каштановыми волосами.
— Да, — подтвердил Брут.
«Красивая», — мелькнула мысль в голове Гелиота. На всех фото она позировала в осеннем парке. Он не заметил, как засмотрелся на нее, а наткнувшись на фото с парнем, зло спросил:
— Ее парень?
— Друг! — констатировал Валя.
— А в чем разница? — злился Гелиот.
— Это значит, что они друзья, — раздраженно отозвалась Катя.
Крон смерил ее презрительным взглядом и закрыл крышку ноутбука.
— Позвоните, как будут результаты! — обратился он к Бруту и Вале, те кивнули. — Катя, дождись Кристину, она прилетит из Санкт-Петербурга через два часа.
— Хорошо, — просто согласилась девушка. — Что потом?
— Искать! — крикнул он. — Искать, пока не найдете ее, неужели не понятно? Адрес, — скомандовал Гелиот, разворачиваясь к Вале.
— Какой? — неуверенно спросил тот.
— Да, все сразу, ее домашний, адрес этого друга, адрес места, где все случилось!
Валя молча достал блокнот, написал адреса и протянул теряющему всякое терпение Гелиоту. Больше не произнеся ни слова и не удостоив никого взгляда, молодой человек развернулся и пошел прочь. Он пересек большую автостоянку, подошел к таксистам, припаркованным за периметром, сел в машину и уехал.
— Вот псих! — выругалась Катя и, не желая слушать излияния Брута и Вали, направилась в аэропорт ждать прилета Кристины.
Перед глазами Гелиота продолжало стоять лицо юной вампирки. Оно магнитом манило его, не давая уснуть. Он проверил все: место нападения, дома друзей и знакомых, прошлой ночью побывал у нее дома. Уже третий день от нее не было вестей, и его способности не помогли в ее поисках. Скорее всего, она где-то корчится от боли трансформации. Он хорошо знает, как это бывает. Как они при этом кричат!
Он видел этот процесс не раз. В таком состоянии она должна была попасться кому-нибудь на глаза и загреметь в больницу, но ничего подобного в городе не происходило. Оставалось только ждать. Кристина и Катя дежурили возле ее дома, Брут с Валей — у дома друга, а Гелиот лежал на кровати в гостиничном номере и пытался уснуть. Он в сотый раз вставил флешку в ноутбук и открыл файл с ее фото. Что в ней не давало ему покоя?
Звонок телефона прервал размышления.
— Да, — грубо ответил Гелиот.
— Гелиот, она приехала! — быстро проговорил Брут. — Она в доме своего друга. Он куда-то уезжал два часа назад и вернулся назад с ней. Видимо, трансформация прошла успешно. Изменений пока не видно. Крови она еще не пробовала. Да, похоже, она вообще не понимает, что с ней произошло.
— Вот и отлично! — немного раздосадованно произнес Гелиот. — Вызывайте Кристину с Катей и глаз с нее не спускать, рано утром будем брать!
— Гелиот, а вдруг она смоется? — запротестовал Брут. — Сейчас надо!
— Я сказал: утром! — скомандовал юноша, и положил трубку.
Глава 3
У Лешего дома
— Он обещал мне ее обратить! — орал Леон, оскалив клыки. — Вот, кретин, смылся!
Вампир схватил книгу с полки и с силой кинул ее на стол. Удар оказался такой силы, что деревянные ножки подкосились и, треснув пополам, сложились, а стекло в центре столика разлетелось на осколки.
— Конечно, милый! — разозлилась Наташа, толкая стеллаж с книгами. Они ворохом вываливались на пол. — Давай разобьем всю мебель!
— Это мои книги, — обиженно простонал Леон.
— А это был мой любимый стол!
Леон и Наташа зло смотрели друг на друга.
Перемахнув через свалку в центре комнаты, Вампир оказался совсем близко к Наташе. Он провел тонкими пальцами по ее рыжим волосам, и, смотря прямо ей в глаза, сказал:
— Прости, милая!
Вампирка демонстративно отвернула от него лицо. Леон, взяв ее за подбородок, снова развернул к себе.
— Я больше так не буду! — смотря ей прямо в глаза, сказал он.
— Ты, как маленький, Леон, — уже более мягко произнесла Наташа. — Ты каждый раз кричишь, как заведенный, а потом только обещаешь быть паинькой.
— Я не буду кричать, не буду! Я не буду бить твою раритетную мебель, а столик я соберу обратно, — уверенно пообещал вампир.
— Он безвозвратно утерян, — простонала Наташа. — Ну посмотри на него, стекло вдребезги, дерево разошлось.
Леон расхохотался, его жена выглядела еще более обиженной.
Вместо слов он стал нежно целовать ее в губы. Лишь первую секунду она сопротивлялась, но быстро сдалась. Почему-то именно этот способ примирения всегда действовал на нее безотказно. Она таяла и все ему прощала.