— Да о чем ты говоришь Картошка, — все еще дрожа от холода, улыбался Леший. — Мы же друзья, мы разберемся во всем этом, вот увидишь.
Он замолчал, уставившись в пламя костра. Настя тихо вытирала слезы с глаз.
— Пока просто дай слово, что ради моего блага не бросишь меня, — вдруг сказал он.
Девушка неуверенно подняла на него глаза.
— Ну, — нетерпеливо протянул Леший, — что бы там не случилось, это мой выбор.
— Даю слово, — тихо сказала она.
Они оба замолчали. Настя заломила руки за спину и неподвижно стала наблюдать за языками пламени.
— Леш! — вдруг тихо сказала она.
— Что?
— Все это так странно, — начала Настя.
— Похоже на остросюжетный блокбастер! — слегка озадаченно произнес друг. — Я сам не знаю, как реагировать. Не смотри так на меня, — отмахнулся он от Насти.
В воздухе повисла долгая пауза, Настя злилась на Лешего, он на нее. Она так привыкла, что друг знает ответы на все вопросы, что его беспомощность в данной ситуации только раздражала ее.
— Что будем делать дальше, шеф? — как можно веселее спросил Леша.
— Не знаю, — отозвалась девушка.
Она медленно встала и подошла к берегу реки. В этом унылом месте она искала ответ на вопрос, «как быть», но он затерялся в пути и выбор был невелик.
— Надо вернуться в город, найти укромное место и спрятаться, а там будет видно. К друзьям не пойдем, незачем их втягивать. Хватит и того, что я тебя втянула, — уверенно произнесла она. — Если кто-нибудь пострадает из-за меня, я себе этого не прощу.
— Хороший план, — бодро отозвался Леший, натягивая высохшие штаны. — Есть хочется. Спрячемся в подвале моей бабки. Я знаю, где лежат ключи.
Девушка недоверчиво посмотрела на него.
— Там сухо, тепло, и самое страшное животное, которое можно встретить — это мышь. А ты что, предлагаешь домой заявиться? — увидев недоверие на ее лице, бросил юноша. — Что-то мне подсказывает, что нас с тобой ждут на всех постах.
Настя молча зашагала вдоль реки.
— А ты уверена, что нам туда?
— Да! — отозвалась она. — Мы же плыли по течению, значит город там, — она жестом указала вдаль, где не было видно даже намека на его существование.
Путь назад был сложнее и дольше, чем получасовой заплыв по реке. Леша, не привыкший к таким переходам, постоянно ныл. То он ногу подвернет, то упадет и сдерет кожу на руке при падении. Настю это совсем не трогало, на его сварливый характер у нее давно выработался иммунитет. Через пять часов они выбрались из небольшого леска у берега и обнаружили, что находятся в километре от западного моста, а еще через час, обессилев, повалились на мягкий пыльный диванчик в чьей-то кладовой.
Таких подвалов Настя еще никогда не видела. Первое — он выглядел очень аккуратным: на входе прочная металлическая дверь, при повороте рубильника свет зажигался во всех уголках, пахло здесь, скорее не как в подвале, а как на сеновале. Второе — все пространство подвала было поделено деревянными перегородками на небольшие комнаты, в которых каждая семья, проживающая в доме, могла хранить свои старые вещи. Третье — здесь была еда, много закатки, соленые огурчики, помидоры в остром рассоле, сушеная рыба.
Леший бессовестно опустошал чьи-то запасы, а Насте кусок в горло не лез.
— Да что с тобой, Картошка, — с набитым ртом проговорил он, чем еще сильнее начал бесить ее: — Расслабься.
Отчего-то девушке вдруг стало дурно, от застоявшегося воздуха сперло дыхание, она почувствовала, как сердце бешено бьется где-то в области горла.
— Мне надо подышать кислородом! — вскакивая, крикнула Настя и понеслась вверх по каменным ступеням. Леший лишь пожал плечами ей вслед.
Осенний прохладный ветерок быстро привел ее в чувство, легкие наполнились кислородом, сердце восстановило свой ритм. Не желая возвращаться, она решила прогуляться. Надо было все обдумать.
Асфальтированные ровные тротуары в этом районе были обсажены небольшими молодыми деревьями, едва достигших двух метров. Настя просто брела, не разбирая дороги, и через время свернула в старые запушенные дворы, где пятиэтажки стояли одна на другой, а между ними были небольшие проходы. Запущенные скверы заставлены машинами. Людей видно не было, лишь изредка встречались заблудшие пешеходы, спешившие домой.
Светловолосая девушка резко выскочила из-за поворота прямо перед самым носом. Оглянувшись, она ускорила шаг.
В голове Насти все смешалось. Сначала в нос ударил запах духов, за ним появились другие — дурманящие, манящие ароматы. В ушах забарабанило сердце. Настя потеряла контроль над собой, ее тело само рвануло вперед, белая пелена застелила глаза. Как она голодна! Только сейчас Настя почувствовала голод всем телом, каждой клеточкой. Схватив девушку за волосы, Она дернула шарф, оголяя тонкую шею жертвы. Страх сделал ее кровь еще более ароматной, что вконец затуманило разум. Впившись зубами в живую плоть, Настя большими глотками выпивала жизнь из девушки. Наслаждение разливалось по венам, наполняя душу радостью, теплом и смыслом. Это было сильнее нее, где-то в глубине души закралась мысль остановиться, но могла ли она? Хотела ли? Ведь в этом весь смысл ее жизни. Вся ее радость.