В течение нескольких дней шли переговоры, но 3 октября сторонники Верховного Совета прорвали блокаду и бросились на штурм здания московской мэрии, расположенного близ Белого дома. Вдохновленные успехом боевики на нескольких грузовиках, размахивая красными флагами, поехали на штурм телецентра в Останкино.
Испуганная натиском милиция растерялась и позволила боевикам пройти к мэрии и Белому дому, а потом проехать в Останкино через всю Москву. Лишь у дверей телецентра боевики встретили сопротивление охраны. В дело пошли автоматы, гранатометы. Действия сторон отличались крайней жестокостью, в ходе столкновений были десятки убитых и раненых.
Ночь на 4 октября прошла очень тревожно. В центре города и возле Кремля не то что войск, даже милиции не было. Е. Гайдар призвал по телевидению всех сторонников демократии прийти к зданию бывшего Моссовета на улице Горького (ныне – Тверская, 13, резиденция мэра Москвы). Там начали раздавать оружие создававшемуся ополчению. Строили баррикады. В Генеральном штабе Министерства обороны не знали, чью сторону принять, и бездействовали. Лишь решительный настрой Ельцина на борьбу перевесил чашу весов.
Утром 4 октября начался обстрел Белого дома из танков. Это происходило на глазах многотысячной толпы, а телевидение «Си-Эн-Эн» вело репортаж об обстреле в прямом эфире. Его передавали многие телестанции в стране и за рубежом. Во время обстрела и начавшегося пожара погибли, по официальным данным, более 150 человек с обеих сторон (по утверждению оппозиции, погибли сотни людей).
Сторонники Верховного Совета пытались оказать сопротивление, но, оказавшись в безнадежном положении, сдались и были арестованы, в том числе председатель Верховного Совета Р. И. Хасбулатов и не-состоявшийся президент А. В. Руцкой. Их обвинили в попытке вооруженного захвата власти. Впоследствии все руководители мятежа были освобождены по амнистии. Как и члены ГКЧП, они не понесли наказания. Правда, трагические события октября 1993 г. носили совершенно иной характер, чем те, что произошли в Москве в августе 1991 г. Это была вспышка гражданской войны, в которой нет ни правой, ни виноватой сторон.
После разгрома Верховного Совета была запрещена деятельность всех Советов в стране – областных, и местных. Вместо них ельцинская Конституция предполагала создание нового парламента – Федерального собрания. Оно было двухпалатным – нижняя палата именовалась Государственной думой, а верхняя – Советом Федерации. Выборы в эти органы власти состоялись в декабре 1993 г. Россия получила двухпалатный парламент, права которого были сильно ограничены по сравнению с теми, какими обладали Верховный Совет и Съезд народных депутатов.
11 января началось первое заседание Государственной думы. Казалось, Ельцин мог торжествовать, но в Думе, вопреки ожиданиям, большинство по-прежнему принадлежало его противникам.
Ничего удивительного в этом не было. Борьба Верховного Совета с президентом ухудшила и без того тяжелое положение в стране. В полном смысле слова «власть валялась под ногами».
На окраинах России, в автономных республиках, не считаясь с центром, брали, по выражению Б. Ельцина, «столько суверенитета, сколько могли унести». Вскоре там вообще перестали слушать указания из Москвы. Дальше всех зашла Чечня, которая к 1994 г. стала вести себя как независимое государство. Там были разрушены российские структуры власти, созданы вооруженные формирования и распространено мусульманское шариатское законодательство. В Чечне очень скоро приобрели большое влияние преступные группировки, которые занимались «отмыванием» наворованных денег и мошенничеством с крупными суммами. Когда следы преступлений уходили в Чечню, милиция и прокуратура оказывались бессильны перед преступниками. Широкое распространение получили в Чечне торговля наркотиками и оружием, похищение людей ради получения выкупа. Окружение президента Дудаева использовало бандитов в своих целях. Преступные деньги шли на закупку оружия и создание собственной армии.
Но в начале 1990-х гг. правительство не уделяло Чечне особого внимания. Гораздо важнее казалось поддерживать спокойствие и порядок в крупнейших российских городах. Кровавая драма октября 1993 г. была еще свежа в памяти, а политические противники Ельцина никуда не исчезли. Поэтому в начале года президент призвал к примирению. Оппозиция увидела в этом признак слабости – и тут же смогла утвердить в Государственной думе указ об амнистии участников августовского переворота 1991 г. и событий октября 1993 г.