С выражением, похожим на искреннее сожаление, Верферт покачал головой. Поскольку Сидрок говорил по-фортвежски, альгарвейцы на борту "бегемота" не поняли, что он сказал. Но один из рыжеволосых офицеров Бригады сказал примерно то же самое - "Мы покажем вам, кто мы такие, клянусь высшими силами!" - и сказал это на безошибочно узнаваемом альгарвейском.
Сидрок стоял очень прямо, его грудь раздувалась от гордости. Но Сеорл только хмыкнул. "Это означает, что они проведут нас так, как богатая шлюха тратит медяки. Они прогонят нас, чтобы доказать, что мы храбрые".
"Прикуси свой язык, будь он проклят!" Воскликнул Верферт. Сидрок тоже нахмурился; в словах Сеорла чувствовалась ужасающая правдоподобность.
Солдатам бригады Плегмунда приходилось маршировать изо всех сил, чтобы не отставать от наступающих чудовищ. "Ублюдки немного притормозили бы ради себе подобных", - проворчал Сидрок.
"Возможно", - сказал Верферт. "Но, возможно, и нет. В этом бизнесе важно быстро добраться туда".
Война уже прошлась раскаленными граблями по сельской местности, сметая все вокруг. За все деревни велись бои, большинство из них дважды, некоторые, судя по их виду, чаще. Солдаты ункерлантцев, базирующиеся в разрушенных деревнях, казалось, были удивлены, обнаружив, что люди короля Мезенцио снова продвигаются вперед.
Удивленные или нет, ункерлантцы сражались упорно. Судя по всему, что видел Сидрок, они всегда так делали. Но пехотинцы без бегемотов оказались в крайне невыгодном положении, столкнувшись с пехотинцами с ними. Сидроку уже утерли нос на том уроке. Вскоре, и за небольшие деньги, они очистили несколько деревень, одну за другой.
"Вперед!" - кричали альгарвейские офицеры, приданные бригаде Плегмунда. "Вперед!" - кричали офицеры, которые вели бегемотов. Через заснеженные поля Сидрок увидел, что альгарвейские пехотинцы тоже продвигаются вперед.
"Мы удвоили оборону вокруг ункерлантцев", - сказал он в заметном волнении. "Если мы сможем отрезать их, мы дадим им хорошего пинка под зад".
"Спасибо, маршал Сидрок", - сказал Сеорл. "Я уверен, что в один прекрасный день ты скажешь королю Мезенцио, куда идти и что делать".
"Я скажу тебе, куда идти и что делать, когда силы внизу затянут тебя туда", - парировал Сидрок.
И этого было достаточно, чтобы вывести Сеорла из себя. "Не смей так со мной разговаривать, ты, сын шлюхи", - прорычал он. "Если ты будешь так со мной разговаривать, я вырежу твое блудливое сердце и съем его с луком".
Тогда, в тренировочном лагере Бригады, Сеорл напугал Сидрока до полусмерти. Он был грабителем, вероятно, убийцей, а Сидрок вел тихую, зажиточную жизнь, пока война не перевернула все с ног на голову. Но многое изменилось с тех пор, как Бригада прибыла в Ункерлант. Сидрок видел и совершал вещи, ничуть не менее ужасные, чем все, что делал Сеорл. Он посмотрел на негодяя и сказал: "Давай. Я дам тебе все, что ты хочешь".
Сеорл снова зарычал и схватился за свой нож. "Прекратите это, тупые ублюдки, или вы ответите перед рыжеволосыми", - прорычал сержант Верферт. "После того, как мы выиграем войну, вы двое сможете делать друг с другом все, что захотите, и мне будет наплевать на стоимость вашего пердежа. До тех пор вы останетесь друг с другом".
Сидрок держал руку на рукояти своего собственного ножа, пока не увидел, что Сеорл опустил свой. Пока фортвежцы маршировали дальше, он продолжал наблюдать за своим соотечественником. Несмотря на приказ Верферта, он не доверял Сеорлу. Сеорл тоже наблюдал за ним. То, как он смотрел, успокоило Сидрока - это не было презрением, но взгляд, который говорил, что Сеорлу было о чем беспокоиться, и он знал это.
Верферт наблюдал за ними обоими. "Высшие силы, вы, болваны, проявите немного здравого смысла", - сказал он примерно через полмили. "Какой смысл преследовать друг друга, когда ункерлантцы могут сделать с вами хуже, чем любой из вас мог мечтать?"
В этом было неприятно много смысла. Сидрок понял это сразу. Как ни удивительно, Сеорл тоже это увидел. Замерзшие, скрюченные трупы, лежащие в снегу, мимо которого они проходили, облегчили Верферту изложение своей точки зрения.
Кто-то впереди кричал и показывал пальцем. Было еще больше ункерлантцев, бредущих на юг через равнины. С ними было несколько бегемотов, но только несколько. В бригаде Плегмунда и среди альгарвейцев завизжали офицерские свистки. Среди них раздался один и тот же приказ: "Вперед!"