— Детей не спрашивали, — беззлобно отозвался Глеб. Тимур стиснул зубы:
— Мне уже восемнадцать.
— Я тебе не отец и даже не босс, чтобы помнить, — Глеб положил пистолет на стол, развернулся к Еве уже более знакомым — взгляд был его. Не отмороженного психопата, который пришёл их перебить, а того Глеба, который ругался за оставленную в мойке посуду.
— Разве? — Тимур, заметно выдохнув и успокоившись, приподнял бровь. — Мне казалось, что теперь да.
Глеб будто бы задумался, потом улыбнулся и пожал плечами:
— Пока нет. У меня есть пару дней. Потом меня найдут уже под новой личиной. И тогда, я думаю, возникнут вопросы ко мне.
— А мне кажется, тебя сразу пристрелят, — осмелел Тимур. Глеб адресовал ему разочарованный взгляд, но вынужден был согласиться:
— Может. Но надеюсь, что у них остались к нам вопросы. Как там Ник?
— Мёртв. Ты знаешь, — поспешно ответила Ева, но побледнела, сжала губы в нитку.
— Мы все знаем, что нет.
— Оно нас не трогает. Возможно потому, что найти не может, — поспешно заговорил Тимур. Открылась дверь в спальню: Кристина выглянула послушать, но ближе не подходила. Глеб только мельком на неё глянул — как на ребёнка, который вроде и человек, но ничего не сделает опасного для него. Раньше он от Кристины шарахался.
— Ты ведь знаешь, что с ним случилось. Он был на пороге сотни, — напомнил Глеб.
— Ага. Он теперь бессмертный. Монстр он бессмертный. Глеб, всё что угодно, но Ник нам больше не…
— А если он ещё осознаёт себя? Если там внутри ещё человек? — продолжал Глеб. Кристина напряглась, открыла рот что-то сказать, но всё же решила послушать.
— Ага. Без башки… Я не пойду. И тебе нельзя ходить — мы без тебя точно сдохнем. И я не хочу, чтобы ты наводил этого монстра на наш след. Когда дом сожгли, я испытала только облегчение. Потому что Ник мог туда вернуться.
— Ну не настолько же он псих, — отмахнулся Глеб.
— Я пойду! — вызвалась Кристина, выступив вперёд. — Даже если там чудовище. Даже если меня сожрёт — я хочу убедиться.
Тимур покрутил рукой у виска, словно маскируя этот жест, Глеб улыбнулся ей, будто успокаивал, Ева же показала, чтобы та спряталась в комнату. Но Кристина только прикрыла дверь, осталась слушать.
— Ты мне главное скажи. Он тебе как кто нужен? Как Чёрт? Как Ник? Как монстр, который может чуточку больше, чем человек? Что он вообще может, кроме как без башки ходить?
— А вот честно, ты же не меня боялась? Не из-за меня с пистолетом за молоком ходишь. Я видел облегчение на твоём лице, когда ты увидела меня. Злого и с пушкой. А от того, что я пришёл, лучше-то не стало. Что мы можем?
— Сердце остановить, — подал голос Тимур.
— С близкого расстояния, — напомнил Глеб, даже не повернувшись к нему. — Без разницы, как кто нужен мне Ник. Костяк Леонида сейчас разбегается, мне нужно набирать новую опору. Времени на это нет. Ник сейчас был бы мне нужен, даже будь он прежним.
— А зачем? Зачем набирать? — снова заговорил Тимур.
— Чтобы нас не убили.
— А дальше?
— Тимур, а ты чего хочешь? — как-то даже угрожающе спросил Глеб, полностью повернувшись к нему. — Свободы, что ли? Мы с Евой хоть окупили всё, что в нас вкладывали, и то вырваться не можем. А ты что себе придумал?
— Думаешь, от этого можно быть свободным? Вы меня убивать заставили. Не Леонид и не его приказ. Ты сам запер дверь того подвала.
— А до нас ты не убивал? — в голосе Глеба нарастало что-то угрожающее. Ева на всякий случай придвинулась к Тимуру, хотя пока и не знала, что делать, если начнётся драка. Все знали, что Глеб победил бы обоих.
— Разве это важно? — раздражённо спросила Кристина. — Ну же, он ваш друг. Надо узнать, что с ним. Я могу пойти с вами. Я могу сама подойти к нему.
— Нет уж, пусть на берегу скажет, что будет, если мы с ним пойдём, — упрямо потребовал Тимур. Он тоже знал, что Глеб его победит, но подростковый максимализм требовал проверять нового босса на прочность.
— Я могу сказать, что будет, если не пойдёте. Леонида забрали. Выпотрошили его дом, его унесли. Возможно, он ещё жив. Возможно, у них есть тот, кто сможет заставить его говорить.
Все теперь смотрели на Глеба большими, удивлёнными глазами. И у каждого из троих во взгляде был ужас.
— На них были маски Чертей, — продолжал Глеб. — Так что вряд ли это какие-то его личные разборки. Когда они нашли дом, было просто узнать, кто туда частенько наведывался. Охота началась.
— Ты умеешь уговаривать, — криво усмехнулась Ева. Тимур вскочил, надвинулся на Глеба, словно драться хотел, но быстро передумал, плюхнулся обратно на диван, прикрыв лицо руками.