— Так может вас просто ему оставить? — предложил Павел, изобразив издёвку.
— У вас был ещё один. Где он? — встрял Тимур. Глеб не приказывал ему этого. Конечно, ход неплохой — узнать, нет ли засады, но что-то подсказывало: Тимур спрашивал это искренне. Он не мог поверить, что всё это время Кир лежал в их укрытии, а его не искал никто.
— Не было, — отрезал старший.
— Одноглазый, — не унимался Тимур.
— Это просто этот был ранен и глаз завязывал, — попытался соврать старший и тогда ситуацию решил подправить Глеб, спросив:
— Какие гарантии, что он не в засаде? Он что может? У вас же все что-то могут.
— Мы позвали вас для обмена, — с нажимом перевёл тему старший, словно не хотел возиться с этим бредом. Тимур запыхтел обиженно. Видимо, для него и правда Черти много значили, что он не мог поверить, как в аналогичной команде всем может быть плевать на кого-то своего. Просто Тимур попал в уже хорошее для Чертей время, когда даже Ник не трогал всерьёз своих.
— Нам же нечего предложить, — напомнил Глеб, разведя руками. У него на поясе по-прежнему висело два пистолета в расстёгнутой кобуре. Он думал, что ему прикажут их снять ещё в начале. Он бы приказал.
— Вас практически раскрыли. Сейчас управление вами передали какому-то мальчишке. Вы сами знаете, что вам осталось недолго. А прошлый босс не смог обеспечить вам безопасность, — заговорил старший и тон его был таким, словно он этот текст прилежно учил весь день после назначения встречи. — Переходите к нам. Делать будем то же и даже зваться так же, только работать на другого человека.
— Нет, — отказал Глеб, краем глаза заметив, как Тимур изобразил на лице задумчивость. Тот спохватился и на правах главного подтвердил с достоинством и менее поспешно:
— Нет.
— На что вы… — начал старший, но Павел, громко хмыкнув, спрыгнул с постамента и заговорил сам:
— Тогда сдохните.
Язык силы Тимур понимал чуть лучше, всё же столько стычек с Ником прошёл, и отозвался так же уверенно, но всё то же, словно запись заело:
— Нет.
— У нас ваш главный, — уже не так уверенно напомнила женщина. Она словно первой ощутила, что всё пошло совсем не так. Тимур хохотнул и добил третьим:
— Нет.
Глеб был горд им. Да, такого незазорно было признавать теперь собой. Павел первым отреагировал — встал, словно для боевика снимался, расставил руки и в его ладонях вспыхнул огонь. Глеб и Тимур попятились. Это было то, чего они ждали, но всё же случилась заминка. Двинулась женщина — за плечо потянула Павла на себя и начала говорить что-то, возможно приказывая успокоиться. Но именно в этот момент послышался щелчок, словно у большой рогатки спустили тетиву. Вытянувшийся в овал пузырь долетел до Павла, лопнул об него и облил чем-то мутным, с резким запахом его лицо и половину тела стоящей рядом женщины. Они оба вспыхнули мгновенно — сначала влажные пятна, оставшиеся от вещества, потом и волосы, одежда. Бросились в стороны друг от друга. Женщина закричала от боли, Павел убрал огонь со своего тела, но снова зажечь не мог — вещество ещё не прогорело. Его опалило, но не сильно. Он ошарашенно стоял и смотрел, как горела женщина. Он не мог потушить огня на других, даже своего.
Постамент вместо сцены рядом с ними взрезало, и тогда Павел выматерился и рухнул на пол, быстро пополз прочь. Старший укрылся за колонной, её прочертило крест на крест. Кто бы ни был в кресле, а при попадании этой волны в него хлынула кровь, но человек молчал. В его груди появилась борозда, потом такой же глубокой открыло череп. Глеб и Тимур уже бежали по лестнице вниз. Глеб понял — Ева не стреляла, потому что ждала, чтобы кто-то был рядом с Павлом. Они не были уверены, что тот сможет потушить себя, и потому Ева страховалась. Теперь они сделали бомбу из человека, который был против них. И Глеб с Тимуром, находясь рядом с выходом и без необходимости спасать заложника, просто сбежали из того ада, который начался в бывшем помещении зала для собраний.
Запыхавшаяся Ева ждала их у машины. На её маске отражалась широкая улыбка.
— Как думаете, она ещё хоть одного поло?.. Господи, Первый. Зачем было так глаза подводить?
— Не очень на девушку был похож, — вздохнул Глеб. Тимур пытался отдышаться, уперев руки в колени. Они быстро залезли в машину — Глеб за руль.