— Хорошо. Знаешь, что будет если ты в очередной раз ошибёшься. У тебя же с памятью проблемы, — он поставил рядом большую флягу.
Вайлер с Фарином упёрто и зло таращились друг на друга.
— До Архальда потерплю, — оборвал их Демет. Вайлер торопливо и не слишком аккуратно промыла ему щёку, и вылила остатки на ладонь, туго забинтовала раны, найденными в сундуке под лавкой чистыми тряпицами. Они с Фарином почти одновременно взяли Демета под руки, помогая подняться.
На улице оставалось всё также тихо. Откуда-то наползли клочья тумана, частично закрыли небо, расстелились плотной завесой по земле… скрыли трупы. Путь до конюшен был похож на прогулку по улицам Лейкхола девятнадцать лет назад после зелёного мора. Всей разницы, что теперь вместо болезни — Демет Синарик, мальчишка, вспомнивший что он король, только когда понадобилось спасти свою шкуру. Чтобы его товарищи, те с кем он трудился, делил хлеб и вино, играл в кости, забыли, что он ничего из себя не представляет, и двинулись в неравный бой с криками «за короля!».
— Как. Заставил? — Вайлер нахмурилась. Едва различимого беспокойства и тепла как не бывало. Кажется, она догадалась.
Демет молчал. Он и сам не знал ответа. Он не думал, что кто-то может всерьёз купится на его болтовню о короле, он не думал, что хоть кто-то в их времена может пожертвовать жизнью за ничего не значащий титул… Для Демета не значащий.
В молочно-белом тумане проплывали знакомые лица: этому остался месяц до конца ссылки, у этого — неделю назад прямо здесь, на рудниках родился сын… Бре с восковым лицом, свернулся калачиком и схватился за живот, в попытке удержать лезущих из-под брони жирных кровавых червей.
— От незащищённого бока и по диагонали, — сказала Вайлер отстранённо, взглянув туда же. Рядом «проплыл» Дус. Его рука лежала у Бре на плече, будто для утренней побудки, судорога скривила губы в улыбке. Вторая половина Дуса лежала под отрубленной головой Хилда.
Отина рассматривала увечья всё с тем же диким спокойствием.
А равентенцев было гораздо больше чем три на рудниках. Двое у решётки, один перед входом. Ещё раз, два, три… десять. На телах большинства из них не было ран, они, вроде как, спали, удивлённо распахнув жёлтые глаза. Их победили не люди, а проклятый туман.
Люди пали ни за что, исполняя Деметов каприз… Зачем он вообще пришёл сюда? Он спятил? Или это всё же магия?
У одной из подпорок конюшни, держащих дырявую крышу, сидел начальник рудников Тавель Норох и глядел на Демета единственным уцелевшим глазом. Тавель моргнул. Демет вновь вздрогнул всем телом, и то заныло с новой силой. Короткое буйство, вечный покой. Он не мёртв, мёртвые никогда не возвращаются.
— Я всё ещё жив.
Обычно лающий голос сорвался и едва-едва сипел, рука перебирала короткими пальцами знакомые цветные ленты. Туман пополз дальше, открывая миловидное личико Миры. Демет бросился было к ней, но чуть не напоролся на выставленный кинжал.
— Подойдёшь — ляжешь рядом.
Мира тоже казалась просто крепко спящей. Ни кровинки на нежном лице или шее.
Демет ведь даже не помнил о ней, возвращаясь. Он ни о ком не думал, ни о чём не помнил. Наваждение какое-то.
— Куда её? — спросил почти шёпотом.
— В сердце. Аил поставил рядом бабу, она обещала, если что — Мира мучиться не будет. Вот что значит держать слово, а?
Демет понял намёк, он помнил, что обещал сам. И что Мире обещал, помнил. Но не тогда, стирая пыль с лица и бросая в морду вариру глупые слова.
— Вы обещали убить меня, — напомнил.
— Ну, Ваше Величество. Кто ж знал, что за вами аж две фендаровских шавки? Не подпустят, твари.
Вайлер с Фарином напряглись за его спиной. Отина закашлялась. Пусть кашляет. Пусть задыхается и засыпает со своими погаными сородичами… Но всех этих людей на смерть обрекла не она.
— Мне жаль, — неожиданно сказала Вайлер.
Тавель жёстко улыбнулся. Косматая русая грива закрыла его лицо.
— А мне тебя нет. Надеюсь, вы сдохнете где-нибудь так же, и никто не будет рыдать. Тупоголовый наследник, чей брат отравил отца и мать, сдохнет от него же. А Вайлер знает, как умрёт. Ведь щенок геранису и в подмётки не годен. Владыка даже не увидит его лица, даже в сторону его не посмотрит, когда будет наносить удар, ха!
Фарин толкнул Демета в бок, иди, мол. Вайлер всё ещё стояла на месте, сжимая кулаки и глядя в единственный глаз старого пса. Он улыбнулся ей вновь. Вайлер кипела, бурлила, как лава в визидорских вулканах. Смерть сулил её взгляд. Её левая рука уже лежала на рукояти кинжала… Но пальцы разомкнулись.