— Надкуси, — повелела и поднесла что-то прямо Эми к губам. Та от неожиданности подчинилась. По структуре нечто напоминало лист, а на вкус было сладким. Почти вкусно, но до ужаса странно.
— Что это? Зачем? — прошептала Эминора, отшатнувшись. Слишком много в народе о леди Нарне ходило слухов. Иначе и быть не могло: детство и юность та провела в Равентене. Кто-то говорил, она увлекается алхимией и мужу своему, лорду Эстаду, постоянно подсовывает приворотные зелья. Кто-то, рассказывал, что на плече её вечно сидит угольно-чёрный ворон. Кто-то клялся, что видел, как она делает украшения своим дочерям из костей мертворождённых сыновей. Но в одном все они сходились: леди Нарна — ведьма.
Нарна сбросила плащ и сапоги, до колен задрала порванный подол. Вздохнула, когда увидела едва-едва кровоточащую царапину на икре.
— Это, душа моя, флан фы трас. Он никому не приносит вреда, — решила-таки ответить. — Открывает истинные намерения только.
— Колдовство! — воскликнула Эми, не удержавшись. И тут же закрыла рот ладонями.
Нарна даже не возмутилась. Она присела в кресло, откинула со лба влажные волосы, упокоила руки у живота. И заговорила, тепло и спокойно:
— Боишься меня, милая, да? К чему это? Или уходи, или делай свою работу, мне нужна твоя помощь, — Нарна бросила выразительный взгляд на своё мокрое платье.
Мгновение Эминора так и стояла: подпирая спиною дверь, с ладонями у рта. А затем побежала проверять, не остыла ли вода в купальне. Действительно ли она боялась? Вздор. Эминора вообще боялась гораздо меньше, чем следовало бы здравомыслящей девушке. Просто она знала, что, люди, чьё поведение нельзя предугадать, — опасны, а для неё опасны вдвойне, так как вызывают слишком сильный интерес.
«Леди легко сказать «уходи», а королевские приказы не оспоришь. Даже если они бессмысленные. Даже если король — никакой не король», — подумала Эминора для успокоения совести, освобождая Нарну от пришедшей в негодность одежды. Платье было батистовое, с рукавами из легчайшего газа, зелёное с золотой вышивкой. Жалко. Красивое, пусть и без корсажа, который полной Нарне пригодился бы.
В воде та полностью успокоилась и даже позволила себе задремать, пока Эминора натирала её маслами. «Зачем тогда был фокус с листом? Она не доверяла мне? А теперь доверяет? Но как она определила, что можно?»
— Это была не магия, душа моя, — повторила Нарна, не размыкая глаз. Глубоко вдохнула пряный запах трав. — Когда человек зол или боится, у него во рту пересыхает, слюны мало становится, и флан фы трас начинает так горчить, что его тут же сплёвывают.
— Вы читаете мысли, миледи? — поинтересовалась Эми как бы между делом. Сердце застучало быстрее от какого-то почти детского волнения.
Нарна распахнула глаза.
— Сколько тебе лет, Эминора?
— Достаточно, чтобы в чём-то смыслить, — произнесла Эми, как она думала, с достоинством.
Не получилось — Нарна расхохоталась. Всплеснула руками. Вода в купальне заходила волнами.
— Энваг меня забери. Милая, магия не нужна, чтобы догадаться о том, что у человека в голове. Ты почти перестала тереть, значит задумалась. О чём могла бы? Да о многом могла бы. Но при том, ты всё на меня косилась — значит, обо мне. Любой задумался бы, чем его потчует Нарна Бейв. Я не колдунья, Эминора, а просто наблюдательная женщина… И да, на сегодня достаточно ванн: смотри, пальцы уже сморщились… Который час?
— Около полудня, — ответила Эминора. Если верить отцу, народ частенько привирает, особо о том, чего не может понять. Нарна — Бейв ли, Даллар ли, но уж точно никакая не ведьма, самое большее — она просто странная. Эми от этой мысли стало намного легче. Уж в общении с чудаками не так много опасности, как принято считать. С отцом же она столько лет прожила.
Эми помогла леди вылезти, подала полотенца, облачила в халат. С полного лица всё не сходила задумчивая улыбка, причину которой не получалось распознать. Наверняка, леди просто-напросто потешалась про себя над служанкой и говорила с ней только из скуки. Но Эминора отличалась от простых служанок, а раз так — даже из насмешек более опытной женщины могла вынести толк.