Служанка, задетая Эйлетом, собрала наконец осколки кувшина и сгрудила их на край стола. Меринас смотрел на неё недоумённо. Светлые волосы, чересчур большие глаза. Это была Эминора, а не Марея, за которой он послал. Разобраться бы, отчего так вышло, но не время. Как бы эта принципиальная девчонка чего не ляпнула.
— Ваше Величество…
Обычно она говорила громко, с вызовом, сейчас — почти шептала… И почти в самое его ухо. Бесцеремонно-то как. А ещё обижается, когда слышит, что про неё прислуга говорит… про них. Если она действительно его ненавидит, то показывает это как-то странно. Меринас устроил бы очередное дурацкое шоу: ругал бы как-нибудь неумело Роакову девчонку, а нисы укреплялись в мнении о его дурном характере. Но он уже чётко выстроил в голове ту цепочку вопросов, которые обеспечат ему правильные ответы, и не хотел что-то случайно забыть.
— Уйди.
— Что?
— Потом, говорю, мешаешь.
Девушка противно сморщила нос. Вытащила из рукава желтоватый клочок бумаги и, презрительно кинув его на стол перед королём, убежала на кухню. Тьма с ней.
— Добрые нисы. Я всё думаю насчёт совета. Я ж король? Я, наверное, какие-то государственные дела должен решать, а? Может, пока мы тут, и решим дела эти? А? У нас же должно быть, что обсудить.
Церок с трудом оторвался от свиной рульки. Довольно прищурился. Переглянулся с другими нисами.
— Скажи, Дайнар. Скоро твой Аил приведёт второго бастарда?
Второй? Меринас не смог дальше держать дурацкую улыбку и настороженно замер. Весь план, все уловки и театральные трюки разом вылетели из головы, подобно воздуху после сильного удара в грудь. Ему не послушалось, он понял всё правильно. Нашли. Его брат, этот здоровый болван, умудрился не скончаться раньше времени. Зная Демета, — действительно большая удача.
— Вы нашли его? Где? Он готов идти добровольно? Я… — Меринас закрыл глаза. Раз. Два. Три. Это неважно. Всё это неважно. Вопрос же был в другом. Не о брате, а о людях, которые пропадают. Король должен знать именно об этом… Но если он ничего не спросит — это тоже будет странно.
— Расскажите, как всё было.
— Его видели в Эмонриве с матерью и доложили.
— Когда?
— Чуть больше двух недель назад.
— Его уже должны бы везти!
— Не думаю. И вряд ли, прибыв, он будет клясться вам в верности и вечной любви, Ваше Величество.
— Почему?
— Он в Деугроу, — просто сказал Церок. Словно это что-то объясняло. — Ну, знаете. Рудники принадлежат короне, а вот деревенька… Фендарам.
Меринас монотонно покивал головой. Не без усилия разжал пальцы, обхватившие подлокотники. Фендары, значит. Архальд Разящий, генерал и правая рука Файсула. Талантливый стратег, обаятельный аристократ, слишком любимый всеми и взявший себе слишком много власти. Судя по записям, лишь благодаря ему Олдленс стал распадаться на маленькие королевства только сейчас. А ещё, судя по записям…
— Я думал, что друг отца уже умер.
— Вы что-то знаете? — сахар в голосе и напряжённая спина. Опасно, лучше прикусить язык.
«Больше, чем хотелось бы». Меринас легкомысленно пожал плечами:
— Да нет. Я слышал имя. Помню, когда его изгоняли — как раз месяца через два после зелёного мора, мне было девять… Прошу, добрые нисы. Не нужно вредить моему брату. Если он и свяжется с Фендаром, то по глупости.
— Мы постараемся, — Церок в очередной раз обнажил зубы и набил рот ягодами из дальней вазы.
Артал поднялся и отряхнул от хлебных крошек сарверинский плащ. Зазвенела под ним тонкая кольчужная прослойка. И зачем сарверинам броня, если простой взгляд на врага служит гораздо лучшей защитой?
— Дайнар, — окликнул старик. Тот тоже встал из-за стола.
— Да, нис-фад.
— Следи за королём.
— Я генерал «февир эдлес», а не апталов сраж.
— Помню. Этим должен был заниматься Аил, но твои методы воспитания тому помешали.
— Не смей винить меня. На обходе после восстания мы встретили девчонку. Местную, очень маленькую. Она ревела и звала мать. Аил замахнулся на неё, замахнулся на ребёнка. Хотел нарушить стисъюлт.
— Ах, стисъюлт. Разве мы в Равентене?