— Мирка, а Мирка. Что там с домом?.. Ну тем, возле Завусов.
— Стоит он, родня не объявилась.
— Угу. У Фендаров выкупать придётся?
— Значит.
— Вот выкуплю, поедем в Эмонрив, к храмовникам. Женюсь на тебе — будет всё… здорово. Замечательно… будет.
Мирка глянула на него — запыхавшегося и потного после подъёма на последний холм — и расхохоталась.
— Да что?!
— Да откудва ты взял, что я за тебя пойду?
— А за кого?
— Да ты ж чудной какой!
— Сама-то?
— А я…
Они уже подошли к воротам. Мира сделала последний шаг. Потянулась к створке…
Но что-то было не так.
— Стой… Стой, говорю, Мирка!
Демет выставил перед ней руку, мешая проходу. Бре, несущий вахту на стене, следил за заминкой с недоумением.
— Ты чего, начальник? Али голову напекло? Иди давай.
Но Демет всё ещё стоял напряжённый, с вытянутой рукой, прислушиваясь к собственному предчувствию. Никогда оно не трубило так сильно. Даже в Мёрфедже. Даже в Лейкхоле перед казнью. Мирка ничего не спрашивала, только щурилась на солнце и перепрыгивала с ноги на ногу.
Демет нехотя дал знак открывать. Тьма разберёт, чудится ли ему опять или и вправду за знакомыми стенами притаилась опасность. Пока не увидишь своими глазами — всё равно не проверишь. Мирка чуть подотстала, рассматривая свою непривычно чёткую тень, и между створок он протиснулся первым.
Кто-то схватил его за грудки и толкнул в закуток меж воротами и ближним строением.
— Э… Дус?
Вместо ответа на его голову обрушилось целое ведро пыли из шахт, мгновенно налипая на влажное от пота лицо и волосы. Пыль проникала в глаза, в рот, забивалась в ноздри. Демет чихал, кашлял и тёр веки, ещё сильнее размазывая грязь по лицу и пачкая руки.
— Ты… кхе… получ… кх…
Глаза слезились, но было видно, что массивная туша напавшего всё ещё на месте. Пришедшая Мирка зло ткнула того локтем и принялась обтирать лицо Демета платком.
— Не, не трожь… — попросил Дус, аккуратно её отстраняя. Был он какой-то встрёпанный, потерянный, ещё более колючий, чем обычно. А ещё он надел поверх кольчуги стальную броню со знаком рудников — квадратом в кругу — и взял, наконец, меч.
Демет вскинул голову, отмечая броню и на тщедушном Бре. Тот вяло помахал со стены рукой.
— Ты чего творишь? — возмутилась Мирка, снова награждая щетинистого ударом.
Дус вздрогнул, перехватив тонкую ручку:
— Мирка, ты бы шла… Иди к отцу. Всё путём! — он слабо улыбнулся и развернул её к шахтам.
Но Мира шагнула обратно и требовательно уставилась на Демета.
— Всё путём, иди, — повторил он задумчиво. В носу снова защекотало. — Иди уже, с этими-то я сам разберусь.
Дус проводил её сосредоточенным взглядом и снова вернулся к Демету, жестом прося уйти глубже в тень.
— Серомордые тут, — сказал он.
Напряжённые мышцы вмиг расслабились, вновь засаднило под бинтами. Равентенцы, значит. Нет, ничего хорошего в сказанном не было, зато это всё объяснило. Он в розыске, а жители Деугроу всё ещё следуют приказу Архальда. Его не должны найти. И глупая выходка с пылью требовалась лишь для того, чтоб скрыть лицо. Это было бы умно, если б не было так бредово. Деревня, что с них взять…
— За мной пришли?
— За кем же ещё?.. Слушай, а чего им от тебя нада, а, начальник?.. — встрял Бре, перевесившись через колья.
— Бре! — недовольно рыкнул щетинистый.
— Молчу.
Замолчал и Дус. Вокруг вообще было тихо. Не слышалось ни привычной болтовни ссыльных, ни грубого языка равентенцев. Там хоть живы все? Воспоминания о рассказах Тадора с недавнего времени стали пугать, а то, что наговорила ему Вайлер… Тысячи трупов на дворцовой площади. Сотни людей, сожжённых заживо в деревушке Фалика под столицей. Разграбленный Мёрфедж… «Когда Вы встанете. Должны остановить… ваше-ство. Ответственность. Обязанность. Долг». Демет тогда с улыбкой объявил, что не в силах чем-то помочь и не сделает и шагу за пределы Деугроу, пока его ищут. Он думал, никто не догадается искать здесь. Дурак.