— Гневный. Но!
Дальше начинался крутой подъём, преодолев который, каждый мог видеть всё, что творят подопечные Нороха в любой части рудников. Но сегодня ни одной ссутуленной фигуры не было. Все наверняка сидели по баракам или работали — образцово и без пререканий, боялись равентенцев. Никто просто не видел причин, чтобы их не бояться, и её главная задача — исправить это в малый срок. Личным примером, вестимо.
На воротах стоял тщедушный усатик. Вроде бы знакомый… Точно знакомый. Она даже имя его когда-то знала, но забыла.
— Открой, — проговорила ровно.
Броня была усатику не по размеру: плечевые пластины съехали, спинная и нагрудная — сильно болтались, разделённые длинными ремнями. Движения его приобрели неловкость и заторможенность. Мастер говорил, что лучше не иметь брони вовсе, чем ходить в броне не подогнанной. Скорость более важный показатель для выживания, чем толщина доспеха, и будь Вайлер равентенцем — секунда промедления позволила бы выпустить стражнику кишки одним ударом, от незащищённого бока и по диагонали, легко поднимая плохо закреплённую спереди пластину.
— Начальник давно уж ждёт. У нас тут, как бы, всё в васти дертэ летит, — пробурчал усатик.
В этом слышалось очередное обвинение, но Вайлер в ответ не сказала ничего. На замечание о том, что Норох не её начальник, она получила бы только бледную улыбку и нервное «конечно». Это того не стоило, а мастер не любил, когда её голос звучал без особой нужды.
За воротами завозились, и вскоре тяжёлые створки разошлись, открывая проход. Гневный громко втянул воздух и заворчал. Что поделать, Вайлер внутрь хотелось не больше. Она представляла первую встречу с равентенцами совсем не так, на поле боя, не за тактичным разговором, поэтому, оставив Гневного конюшему и дойдя до домика Тавеля, застыла прямо перед охранявшим его вариром. Хотелось просто посмотреть.
Варир подпирал стену, глаза его были прикрыты и медленно перекатывались под веками. А над глазами слишком нависали выпуклые металлические дуги маски: не подберёшься, не достанешь с замаха, выколешь только, если он так и останется стоять здесь, не шевелясь. Шея защищена кольчужным воротником, бить пришлось бы точно под прямым углом. Клочок голой плоти над локтевым сгибом не толще трёх пальцев. Клочок над коленными пластинами — даже меньше. Без чазэ или хотя бы раго ей не справится даже с обычным солдатом. Пожалуй, придётся сказать спасибо этому рыжему увальню за подаренный кинжал.
Варир резко выпрямился и распахнул глаза. Вайлер не пошевельнулась, не моргнула. Если она что и знала — так это то, что её взгляд тяжелее многих. — Что тебе надо? — разомкнул варир губы.
— Начальника.
— Тавеля?
— И твоего.
— Фендар? — Вайлер сухо кивнула. — Иди. Я доложу Аилу.
Она вломилась в кабинет без стука. Небольшое помещение, грубый стол, изодранное красное кресло, пара шкафов, заваленных бесхозными свитками и счётными книгами. Всё точно так же, как и до того. Девчонка-портниха подскочила, Тавель глядел устало. Могло ли хоть что-то застать этого человека врасплох?
— Пришёл. Хм. Садись, — он кивнул в сторону низкой табуретки.
— Нет. Спасибо. Факты?
Тавель сплёл пальцы под подбородком. Хмыкнул.
— Сразу к делу, значит? Ладно… Раветенцы пришли по душу вашего нахлебника.
Конечно. Всему виной этот мужик. Как же его звали?.. Самовлюблённый, тупой, любопытный кусок мяса. Идеальный король, а, мастер?
— Он тут? — спросила.
— Нет, потопал в ваше логово, через лес.
— Лес? Не дойдёт. Хорошо.
Девчонка вскинулась, открыла наглый рот, но под взглядом Тавеля запнулась. Снова «взаправду» влюбилась? Забавно.
— Поганое есть кое-что, — Тавель почесал подбородок. — Мальчишка — тьма с ним, — это папаши твоего заноза в заднице. Вариры пришли и за нашей добычей. За раго.