— Всё, ладно, напишем о ликах, — выставив ладони, успокаивающе произнес Кайл. — Я сделал пару качественных фото, помогу тебе начеркать статью, вместе осветим это чудо на радость светлым, только не нужно так нервничать Софи. Когда ты такая — я сам начинаю паниковать. Мир? — вспышка его улыбки могла покорить кого угодно, а уж тем более меня.
«Естественно мир, и дружба под одеялом». Уловив мои мысли, он ещё раз усмехнулся.
— Зато у нас теперь есть время для экскурсии. Можно даже съездить на побережье, — уже мягко предложила я, обнимаемая его рукой.
Несмотря на то, что на улице был январь, погода выдалась солнечной. Пусть не было зелени, но посмотреть и отдохнуть глазу было на чём. Я обожала узнавать что-то новое, бывать в разных местах. Это был такой мозговой кайф! Свежие и яркие моменты жизни, которые навсегда отложатся в ячейки памяти. Дышать сицилийским авантюрным воздухом, поглощать взглядом все красоты и слушать, всё поясняющий тебе любимый голос — чем не блаженство?
То, как я резко полетела за какую-то машину, четко дало мне понять, что счастье, в этом мире всё-таки эфемерная субстанция, оно никогда не смыкается вокруг тебя полностью, постоянно существует брешь, через которую проникает всякая дрянь, готовая испоганить твою жизнь. Кайл достаточно легко, с силой отшвырнул меня в сторону, и в ту же секунду раздался выстрел! Так как он прикрыл меня собой, я не увидела кто это сделал. Слышала только, как завизжала какая-то женщина, и взревел двигатель рванувшей машины. Опершись рукой о прикрывший нас автомобиль, Кайл чуть согнулся, пытаясь отвести меня своей рукой себе за спину, но я всё ещё оглушенная этим хлопком и подмываемая раздирающей тревогой, вырвалась и забежала вперед.
Огромное красное пятно расплывалось по его груди.
— Нет, — осела я на подкосившихся ногах, — нет, — моя голова болталась из стороны в сторону, а взгляд не отрывался от руки, зажимавшей рану.
— Софи, не смотри туда, смотри мне в глаза! — скомандовал его голос. — Всё хорошо. Я жив. Это всего лишь тело. Ну, посмотри же на меня, в конце концов!
— Срочно, нужно вызвать скорую! — засуетилась я, мельком бросив на него панический взгляд, пытаясь отыскать свой телефон. К нам уже стали сбегаться люди. Где-то послышался вой сирены полицейской машины.
— Дай мне руку, — умоляюще прошептал Кайл, и я бросилась к нему, поддерживая, не замечая, что по моим щекам катятся слёзы. — Софи, да успокойся же ты, — шепнул он мне прямо в ухо, — меня нельзя убить обычной пулей. Сейчас приедет полиция и скорая, но смотри на это иначе.
Что значит иначе? И кто стрелял средь бела дня в центре города? Как иначе, если из его раны хлыщет кровь, а его лицо бледное и перекошенное от боли?!
И тут же всё завертелось, криками полицейских, разгоняющих толпу, воем ещё одной сирены, мелькающие силуэты, носилки, бригада скорой помощи, и я неизменно вцепившаяся в Кайла. Снова вой сирены. И мы уже внутри скорой. Но что-то происходит не так. Их действия не вяжутся с оказанием медицинской помощи. Нет ни зажимающих рану бинтов, ни кислородной маски, ни аппаратуры, фиксирующей сердцебиение. Вместо этого один помогает Кайлу стягивать окровавленную одежду, а другой «доктор» странно припал к его лицу, словно используя элемент искусственного дыхания. Я точно знала, что где-то я уже это видела.
— А, черт, было больно!!! — взревел Кайл, садясь на койке, и я заметила лишь измазанную кровью грудь. Раны уже не было. Как и у меня не было сил произнести хотя бы слово. Мысли путались, голова раскалывалась. Меня снова окружали темные. «Случайность? Если нет, то кто и зачем? Что происходит?»
— Это были темные, — коротко бросил Кайл, оттирая кровь, не глядя на меня.
— Тогда почему они стреляли, зная, что тебя не убить таким образом? — желая всё-таки понять, выдавила я.
— Они стреляли не в меня. Ты, Софи, была их мишенью. Но они так же знали, что и тебе я не дам умереть. Примитивные ублюдки! Ошметки Урсулы, это она послала своих адских выродков! — в его голосе прорывалась отчаянная ярость.
— Они хотели вывести тебя из себя! Разозлить! — выдохнула я. Теперь картина становилась яснее. Только вот им действительно удалось разозлить моего демона. — Ничего не делай! Нельзя реагировать так, как они того ожидают! Нельзя обратить против себя их большую часть, дав им повод!