Президент с остервенением бил и топтал поваленного на пол мятежника. Но тот упрямо молчал и, пока дышал, насмешливо кривил разбитые в кровь губы. Даже в его остановившемся, остекленевшем взгляде отражалась всё та же насмешка. И знание. Опасное знание, которое позволило этому бунтовщику сплотить вокруг себя так много людей. - Не сказал ты, скажут другие,- Президент брезгливо пнул ногой уже мёртвое тело. – Ты глупец. И угрозы твои – пустое. Власть умеет себя защищать. *** - Их всех убью,- шептал Егор в горячечном бреду.- Запретят продавать таблетки детям… Обмен веществ другой… Организм успевает перестроиться и закрепить программу …навсегда. Он понял. Проверил на себе…. Десять лет без таблеток. А изменений нет… Настоящее бессмертие. Не позволят. Не управляемые не нужны. Их всех убьют … Власть умеет себя защищать. Прохладой дышали её ладони: - Ещё есть время всё исправить,- сказала Мечта. - Поздно,- всхлипнул, выплывая из пелены отступивших видений, Егор. - Не произноси больше этого слова!- потребовала Мечта.- Почувствуй в себе силу. Я никогда не оставлю тебя. - Ты просто должен,- голос Совести был бесстрастен и строг. - Должен...Да, должен! Смогу ли? - Спи,- велела Совесть- И пусть будет сон твой без сновидений. - Пусть принесёт он тебе покой и выздоровление. Спи, - коснулась сомкнутых глаз Егора целительным поцелуем Мечта.