Спину девушки покрыла испарина, после которой пришел холод.
Она сглотнула всё, и лишь тогда Скиф отпустил её, ослабил хватку и рухнул на кровать.
Лида уперлась в матрас рукой, не шевелясь.
Дыши, Лида…
Это только начало.
В комнате воцарилась тишина. Лишь их дыхание нарушало идиллию.
Лида выпрямилась и села боком.
- Я оденусь? Прохладно, и у меня волосы влажные. Не хочу заболеть.
Лида сознательно давила на здоровье. Заниматься сексом с дамочкой, хлюпающей носом, удовольствие малоприятное.
Мирон прикрыл глаза и закинул руки за голову.
Он, в отличие от неё, никакого дискомфорта от обнаженности не испытывал.
- Валяй.
Лида поспешно встала. Ноги ещё не окрепли после пережитого эмоционального шторма. Она быстро прошла к дорожной сумке, поджимая пальцы ног от холодного пола, где закончился ковролин. Сюда ступать точно не стоит.
Подкатив сумку к кровати, Лида дрогнувшей рукой расстегнула молнию, откинула плотный тканевый верх и выудила необходимое – платье-рубашку и фен.
Вот оно – простое женское счастье. Иметь возможность привести себя в порядок и укрыться от чужих глаз.
Лида выпрямилась, на время отложив фен на край кровати.
И уже собиралась надеть платье через голову - дома она не додумалась расстегнуть пуговицы, - когда краем глаза уловила движение. Мирон резко, абсолютно не напрягаясь, сел.
Чтобы снова впиться в неё взглядом.
глава 7
ГЛАВА 7
Что с ней, сука, не так?
Мирон наблюдал за Лидой.
Скупая на эмоции? Неразговорчивая? Для него это наоборот хорошо. О чем ему разговаривать со шлюхой?
Не любил он лишние разговоры. Под водочку с Долей, Игнатом, Степаном – пожалуйста. Когда разговор льется неспешно, и все понимают друг друга с полуслова. Когда достаточно порой одного взгляда.
А как они отрывались в Вегасе! Их кутежи там – отдельная тема. Последнюю Скиф пропустил. Даже он в этом грешном городе пороков, роскоши, вседозволенности и азарта иной раз пускался, выпуская наружу всех своих демонов одновременно. Почему бы и нет?..
Но всё же ему больше по душе был первый вариант.
С женщинами тоже знал, о чем поговорить. Просто не любил.
В отношении Лиды он шестым чутьем понял: что-то не то.
Или, наоборот, всё до предельности просто.
Не понравился он ей.
Не то чтобы Мирона волновало, воспылала она к нему теплыми чувствами или нет. Главное, чтобы девочка вовремя открывала рот и раздвигала ноги.
И всё же…
Убежала волосы сушить, точно за ней черт гонится.
Мирон надел штаны и налил себе ещё рюмку. Напиться, что ли?
Лида вышла, когда он начал терять терпение и готов был пойти сам выдернуть девчонку назад. Что можно делать в ванной десять минут? Он засекал. Мирон интуитивно чувствовал время, что не раз спасало ему жизнь на войне.
Вышла и снова не знает, куда себя деть.
Не кокетничает и не говорит о том, как ей с ним было круто.
Да и не было ей с ним круто.
Не кончила она.
Даже не пыталась имитировать. Честная, получается? Интересно, она в курсе, что мужчинам, которые покупают таких лялечек, до одного места их честность! Им надо чувствовать себя мачо! Ну или «чамо», в зависимости от ситуации.
Сыграть наслаждение она должна была.
Но не стала.
Мирону не нравилось, что он видел.
Не собирался вникать ни во что, связанное с Лидой.
Завтра он выходит на свободу, отдыхает неделю-две у себя в берлоге, а дальше в бой.
- Садись, поешь.
Она прошла к столу, отодвинула стул. Села.
Мирон продолжил сидеть на кровати, подавшись вперед и положив локти на колени. Пальцы соединил в «замок».
- А ты… не будешь?
- Нет. Я сыт. Выпьешь? Могу предложить коньяк.
Лида медленно кивнула.
- Я замерзла. Мне надо согреться изнутри.
Мирон встал. Раз подрядился, надо ухаживать за дамой.