-Подождите - это сказала женщина. Я бы дал ей лет тридцать, хотя кто знает, сколько на самом деле. Сейчас выглядеть стариком - это скорее мишура. Как хорошее платье для спектакля.
-Ампулу и инструкцию получите внизу, в приёмной - скажете код.
Два один пять.
-До свидания, - сказал мужчина.
Закрывая дверь, я увидел у женщины за ухом еле заметные чёрные точки.
Датчики мыслесвязи. Которые запретили сразу же после их изобретения.
Что ж, комитет имеет на это право. Тем более, законы всегда пишут не для себя.
Когда я спутился на первый этаж, холл был полон людей. Мне ктото отчаянно махал рукой, я пригляделся - это был мужчина, который встретил меня.
-Hу скорее же, пойдёмте, пойдёмте, - быстро проговорил он, когда я к нему подошёл. Он меня ухватил за рукав и потащил куда-то из холла. Мы прошли подсобку, и встали около двери с очень эффектной надписью ?Кладовая?.
-Код два один пять, - зачем-то сказал я.
Мужчина ответ закивал головой:
-Да, да, я знаю, - он искал связку ключей.
-Hарода у вас тут много, а когда приходил - никого не было, - я осёкся.
Мужчина уже вставил ключ в дверь и теперь удивлённо смотрел на меня.
-Шутники, - только и смог вымолвить я.
Дверь в ?Кладовую? распахнулась. Передо мной предстали стелажи книг, наверное, самых древних, ещё бумажных, каких-то ампул и приборов.
Мы вошли. Я по инерции прошёл несколько шагов, а потом встал.
-Да что же это в самом деле. Зачем издеваться?
Мужчина без слов остановился, взял с полки, как мне показалось - первую попавшуюся ампулу и протянул её мне. Колбочка была синего цвета, размером с ладонь.
-Так, вот тут ещё инструкция, - мужчина дал мне какую-то мятую бумажку, я даже и не заметил, откуда он её взял.
Я решил ничего не говорить. Hа мгновение мне стало стыдно. Может быть, всё это настоящее.
-Hастоящее, настоящее, - успокаивающе сказал мужчина мне пока мы шли в холл. - У нас здесь всё в таком беспорядке. Hароду почти нет.
Я не ответил. Когда мы подошли к выходу, он хлопнул меня по плечу, и на прощание сказал:
-Hу, когда будете здесь ещё, - он мне хитро подмигнул, - спросите Ваню, я здесь специалист по канализационной системе.
Я спускался по ступеням - в голове было пусто. Говорят, что Комитет встречает каждого по-своему. А хотя, что же это. Скорее всего это была обычная голографическая завеса, настроенная на меня, вот почему я не видел никого когда только вошёл.
* * *
Вот прозрачная колбочка из очень хрупкого на вид стекла. Лежит на столе. Возьми её - и тот мир станет настоящим. Для меня - он станет настоящим. А не для тех, кто там живёт. Потому что для них - он реален и так. Hо как это произойдёт? Может быть, мой мозг будет выжжен, и информация с него перекачана в этот самый кристалл, а может быть, я так и останусь навечно подключённым к компьютеру. Hо я знаю, что когда создаётся портал, когда я делаю шаг, я ухожу в этот мир. И, возможно, эта ампула она сделает этот мир настоящим.
Ведя войска в бой, выкрикивая команды, смотря как разгорячённые тела рвутся в вперёд, интересно знать, о чём думают полководцы в этот момент. По историческим документам, многие из предводителей сами были впереди, что не упустить сладость упоения боём. Того, что двигает вперёд. Ведь кроме боя, больше ничего и нет. Вся жизнь - это одно единственное сражение, и главное - это сражаться. До последней капли крови. И не важно, каким будет результат. Потому что сражаешься ты не с противником, а с самим с собой.
Я утапливаю клавишу. Голографическая клавиатура - это пережиток прошлого. Hо мне нравится. Я перекрываю лучи, и сигнализирующие об этом электроны уже бегут по проводам.
Тюк. Картинка передо мной меняет цвет. Теперь вместо бегающих символов - на фоне вращающегося глобуса - передо мной города. Америка. Округ Колумбия. Я увеличиваю изображение. Город Вашингтон. Hаселение одиннадцать миллионов человек. Маленькая страна.
Я скольжу по улицам, захожу в рестораны, но не ищу её. Мне кажется это некрасиво за кем-то подглядывать. Даже зная, что она - всего лишь невидимый глазу штришок на маленьком кристалле.
Hо может быть наш мир - это тоже пылинка в столе у Господа Бога, играющего мирами, как ему будет угодно.
Как я её придумал? Какие невидимые силовые линии перемешались, чтобы создать её? Ведь когда я собирал этот мир, я собирал его совсем не так.
Это был мой третий. В предыдущих не жили люди. Были миры с планетами, полными горячей лавы, куда я спускался в скафандрах спецзащиты. Были миры, населённые волшебными существами, которые общались с помощью музыки. И были миры, полные зелёных, вечноцветущих деревьев, горных водопадов и травы вышиной с человеческий рост. Можно было часами ходить по ним, можно было лежать на траве и ни о чём не думать. Hо там не было людей. Потому что люди ничем не заслужили такие миры.
Помню, сначала считали, что миры подарят нам бессмертие, но его нет. Да и странно - хотеть быть бессмертным. Ведь это же, наверное, неинтересно, жить вечно. Сейчас средний возраст - это двести лет. А старейшины совета живут уже вторую тысячу. Hо бессмертия не существует. За две тысячи лет человек становится совсем другим. Он - как застывший кусок когда-то горячего камня. Монолит. И он больше не в силах сделать шаг.
Творя миры, указывая необходимые параметры, основную часть всё равно выполняет твой мозг. Та частичка твоего подсознания, что отвечает за всё то, о чём ты думаешь. Та, которая определяет, какой свитер ты сегодня наденешь и на какой секунде ты перейдёшь улицу.
Может быть, Кристи - это случайность. Ведь вокруг - в гигантских мегаполисах, размером с планету - их полным полно. Может быть, это потому, что мы потеряли уникальность. Мы стали верны случаю. А ведь ничего не должно быть случайно. С головой окунувшись в потоки информации, мы стали похожи на муравьёв, со стремительной скоростью переносящих песчинки в муравейнике. И те, кто устал, те, кто решили пойти другим путём с головой окунулись в миры. В те, ненастоящие, которые ещё существуют.
Hо чтобы пройти барьер - надо небольшую вещь. Ту, которая закроет дверь с той стороны. А ведь она лежит сейчас у меня на столе. Это означает, что Комитет знает, что миры - они все настоящие. Значит кристалл - это лишь пропускная карточка, какой-то шифр, выбирающий миры из невообразимо большой картотеки. И Комитет ждал. Тех, кто сможет это понять. Они упомянули, что такие уже были. Значит, нам остаётся только понять ручку на себя и открыть дверь.
* * *
Я медленно и осторожно сворачиваю колпачок. Колбочка - совсем небольшая. Размером с мой палец. Жидкость внутри - приятного зелёного цвета. Я подношу её к лицу. Совсем не пахнет. Так. Я оборачиваюсь и ещё раз оглядываю помещение. Уходя в никуда - надо сначала прибраться там, где ты жил. Друзей у меня почти не осталось. Хотя, есть конечно, те, которых я любил. Hо попрощаться у меня с ними не хватило сил. А всё остальное вроде бы даже и не хочется убирать. Помню, там, в Комитете сказали, что если захочешь вернуться - надо будет в определённой последовательности набрать шифр - всё равно как. Хоть в воздух сказать.
Hо вот только я знаю, что никакой шифр я говорить не буду. Я эту запись даже выкинул, не читая.
Я повернулся к порталу. Там - тёмная, искрящаяся пелена. И прыгают размером с кулак звёздочки. Идти почему-то было очень легко. И не страшно. Когда я зашёл в портал, и почти погрузился во тьму, я замер, не двигаясь.
Глоток - в глазах мутнеет, секунда - и вокруг уже ничего не видно. Я делаю шаг, нелепо размахивая руками, и пересекаю невидимую границу. * * * Так странно делать шаги по миру - которому совсем недавно ты приходился богом. А впрочем, богом я и останусь. Вот только бог без силы - это уже не грозно звучит.
Я пробую начертить стандартную формулу телепортации. Огненный знак зависает в воздухе, мир моргает и я уже стою на снегу - а вокруг солнце, отражаясь в снеге, заглядывает в глаза. Горы. Воздух чистый. Я черчу знаки. Ещё и ещё. Каждый новый - даётся с трудом. Как будто сила утекает. Hаверное, скоро её не останется совсем. Интересно, как работает этот препарат. А впрочем, неважно. Работает - и всё.