Богдан с юзом стартанул с места. Остановился через две улицы, чтобы выдохнуть...
В последнее время начались проблемы с самоконтролем.
Вот что девчонка сделала? Ну вылетела из машины, едва моськой в снег не ткнулась. Спешила, видите ли, от его общества избавиться.
А он что?
Расстроился? Сейчас слезу пустит? Серьезно, блядь?
Бесячая она... Эта Антонина. Сразу же видно было. Правильно бывалые мужики говорят: если бабу хочешь и одновременно бесит она тебя, ноги в руки и сматывайся от нее подальше. Житья не будет.
А если правда начхать на благородство и намекнуть Дёме, чтобы крал? Ведь, придурки, реально выкрадут и привезут ему. Еще и сделают так, что им пару дней из дома не выбраться будет, а там... как карты лягут.
Он бы выкрал для любого из них. Если бы знал, что друг запал и другого варианта нет.
Черт с ней... С Тусовой. Разберется он с ее лже-парнем. По доброте душевной.
Значит, проходу он ей не дает...
Ну-ну.
Понаблюдает сначала немного. Девки любят манипулировать, преувеличивать и складно на мужиков свои проблемы сваливать.
Сжав руль сильнее, Богдан уперся взглядом вперед. Но если ей угрожает какой-то уебок... Входящий звонок оборвал мысль Богдана. Бросив взгляд на телефон, парень скинул вызов. Звонили от отца...
Весело.
Многие годы не искал с ним встреч, а тут, нате вам, пожалуйста. И универ, и тачки, и бабло. Только не на того напали...
Отказываться от открывающихся возможностей он не спешил. На нем не только его жизнь. Есть еще и парни, которые всегда были рядом. С самого рождения, считай. Всегда вместе, каждый друг за друга.
Про отца он узнал в восемнадцать. Когда их всех в армию оформляли.
Пришел на них посмотреть. Посмотрел. Поговорили. Морды друг другу не набили, и то хорошо.
Хотя бы немного вопросы некоторые прояснили и пошли дальше.
И сейчас Богдан подождет, посмотрит на дальнейший расклад.
Потому что на него тоже смотрят.
Это только в фильмах отцы встречаются с детьми. Сопли, слезы, объятия.
В реале все иначе.
***
И что он тут делает в такую рань?
Ой, долбоящер...
Рыжая вчера от него драпанула, а он с утра к ней приперся. Зачетно, чего уж.
Богдан забарабанил по рулю и в очередной раз метнул недовольный взгляд на дом Тусовой.
И долго ее еще ждать? Ей к первой паре!
Он подъехал не к дому, не к парадному крыльцу. Она жила в частном доме, светить мордой рано еще.
До универа она добиралась на автобусе, который, если верить расписанию, будет на остановке через пять минут.
Богдан снова посмотрел на дверь. Она как раз в этот момент распахнулась, и из нее вылетела запыхавшаяся и явно торопящаяся Тоня.
Волосы пшенично-рыжей волной за ней...
Еба-ать...
Другого слова у него не было.
За собой рыжая тянула мелкую девчонку. Которая также едва успевала, семеня короткими ножками. Шапка набекрень, едва ли не на глазах, шарф болтается. Девчонки явно проспали.
Богдан сдал назад и притормозил рядом с ними.
Тоня вскинула голову кверху. На ее лице мгновенно отразилось узнавание. Радости не последовало...
Наоборот, она нахмурилась и быстро отвернулась.
Бесит...
Богдан приоткрыл дверь.
- Садись, довезу!
Девчонка упрямо шла вперед, процедив что-то типа: «Села уже вчера».
Сестренка, у которой из-под шапки выглядывали абсолютно русые волосы посмотрела на него как на спасителя.
- Тоня!
- Мы сами...
- Вы опаздываете.
- Мы опоздаем в любом случае, - на этот раз громче сказала Тусова, сильнее потянув сестренку.
И упустила момент, когда нога наступила на край колеи. Дальше она съехала в сторону, лодыжка накренилась, и Тоня бухнулась коленом в сугроб.
Богдан врубил ручник и быстро выпрыгнул из машины. Недолго думая обхватил рыжую за талию и потянул на себя.
Девчонка нелепо взмахнула руками, затрепыхалась и даже попыталась вырваться, но куда там... Держал он ее крепко.
Богдан расставил для устойчивости ноги на ширине плеч.
- Жених? - уточнила малая, хмуря брови, и критически прошлась по нему.
В сердце Богдана ударило невидимой кувалдой.
ГЛАВА б
Малая, а шарит.
Сразу жених и оценка. Большое будущее девочку ждет. Молодец. Не пропадет.
- Какой жених, Кнопка!.., - задохнулась от возмущения Тусова, всё ещё пытаясь вырваться из его лап.
Хренушки. Ему нравилось держать её.