— Ватсон, ты бьешь почти в десятку. Знаешь, какой был старый пароль, тот, который ввел Мориарти? — и выждав паузу Холмс произнес: — Дженни.
— Имя мисс Марпл?
— Точно. Наверняка Мориарти был по уши влюблен в эту спортсменку-красотку. И наверняка, это она его подбила на предательство. Ты вспомни, что о нем раньше писали газеты. Его жизненный путь — словно крутой слалом. Только вместо флажков — женщины и его открытия.
— А зачем же она его убила, раз он уже согласился сотрудничать с ариднцами?
— Хочется думать, что в последний момент профессор одумался и попытался изменить ситуацию. Следствие покажет.
— А как же ее алиби?
— А с этим вообще просто. Когда Пуаро и Марпл встретили той ночью в коридоре Мориарти, Марпл и не думала идти в свою каюту. Дождавшись, когда Пуаро зайдет к себе, вспомни распечатку работы электронных замков, она вернулась от своей каюты и вошла к профессору. Благо, ее каюта дальше по коридору, чем каюта Пуаро. А в каюту Марпл зашел Сэм, подчиняясь, то ли команде профессора, то ли самой Марпл. Убив Мориарти, Марпл переночевала в его каюте, а утром с помощью интеркома поменяла пароль Сэма и приказала идти в кают-компанию сразу после Пуаро. Затем сама вышла из каюты профессора. А нам сказала, что ее обогнал робот. Замки же не регистрирует, кто именно их открывает. Все, Ватсон, пора садиться на Ариадну!
Из тормозного двигателя вырвался сноп пламени. «Гермес» вздрогнул и стал сбрасывать высоту. Тот час в кабине управления загрохотал металлический голос Центрального Бортового Компьютера:
— Тормозной импульс прошел нормально. Скорость корабля расчетная. Космодром дал глиссаду планирования.
И вновь ударил сноп пламени.
— Корректирующий импульс прошел нормально. Мы на глиссаде планирования. Высота тридцать километров… двадцать… пять… Семьсот метров… четыреста… сто… десять… метр.
— Есть касание. Скорость расчетная.
— Включен реверс.
— Выпущен тормозной парашют.
— Останов.
— Ну вот и все Ватсон, мы на Ариадне, — Холмс не спеша отстегивал предохранительные ремни, — и, как всегда, вовремя!
— Только так, сэр! Пиво будете?
— Глупый вопрос!
Михаил Кондратов
ПРИНЦИП ТРИСМЕГИСТА
— Здравствуйте.
Хоть музыка играла и негромко, дверные всхлипы она защу шала исправно. Сергей поднял голову. На пороге лаборатории стоял Юра, держа в руке видавший виды рабочий чемоданчик.
— А, Юрок, привет. Проходи, не стесняйся.
— Ага.
Юра сразу направился к принтеру.
— Давай, я все отключу, и перенесем его на тот стол, — Сергей махнул рукой в сторону окна. — Или даже лучше в Костину комнату — он сейчас в отпуске, ключи у меня. Ко мне должен человек один прийти, поговорить тет-а-тет. А там ты никому мешать не будешь, да и мы тебе тоже. Да! Может, кофе выпьешь?
— Нет, спасибо.
— А может, пива? — Сергей подмигнул.
— Не, только не перед работой. Разве что потом, как ремонт закончу.
— Ну, смотри. А то есть у нас тут образец, для анализов.
— Да мне еще вечером курсовой делать. Хотя… стаканчик бы выпил, если не задержу.
— Так давай, заправляй его, — кивок в сторону принтера, — и приступай к дегустации.
— Сергей Васильевич, если он начал бумагу зажевывать, мне не только заправить — еще и почистить его надо. Это в лучшем случае. Все, что нужно, у меня с собой, но минимум с часик провозиться придется.
— Что, со временем напряженка? — посочувствовал Сергей, отсоединяя принтер от компьютера.
— Да нет, у меня со временем нормально. А вы как?
— Я? А… Ты в смысле, что рабочий день вот-вот закончится? Пустяки! Я, считай, каждый день допоздна засиживаюсь. Мне ведь кроме опытов всяких еще и бумажками надо заниматься.
— Тогда я начинаю?
— Давай, Юрок. Вот, возьми ключи.
Юра свернул в бублик торчащие из принтера шнуры, легко подхватил его и понес к двери. Сергей вернулся было к отчету, но тут его снова окликнули:
— Сергей?
Новый посетитель не стал мяться у порога — он уже подходил к Сергею, на ходу протягивая руку. Вошедший явно принадлежал к клану власть предержащих, о чем свидетельствовал стильный костюм в сочетании со слегка надменным выражением лица и вальяжными манерами.
— A-а, Павел Геннадьевич, жду, жду, — Сергей выключил музыку и привстал для ритуального рукопожатия.
— Это кто? — тихо спросил Павел Геннадьевич, поводя глазами в сторону двери.
— Это мой компьютерщик, то бишь системотехник. Сын посоветовал — вместе учились, пока он не перевелся на стационар. Техника его любит.