— Вы понимаете, что вы создали? — голос Павла Геннадьевича вдруг сорвался от волнения. — Это ведь золотое дно! Да за такую рекламу люди и впрямь не то что валютой — золотом согласны будут платить!
— Не совсем так. Я ведь уже говорил, что индуктор восстанавливает медиаторные системы раз и навсегда. При следующем приеме препарат в полном объеме выводится из организма с мочой. Это проверено и подтверждено.
— Но ведь хотя бы однажды все сработает как надо?
— И да, и нет. Во-первых, как вы собираетесь внушить человеку объект импринтинга? Во-вторых, опять повторюсь, индуктор способен сравнительно долго существовать только в присутствии альфа-кислоты. Идеальной средой обитания для него является пиво, причем обязательно хмельное. Собственно говоря, мы на него и ориентировались, как на лучшее средство для решения основной задачи.
— Да, да, помню. Избавить нацию от пагубного пристрастия к алкоголю, — энтузиазм в голосе Павла Геннадьевича слегка потух, но окончательно не выветрился. — Так что патентуйте, будем торговать. Только вот хотелось бы побочный эффект как-то использовать, чтобы хоть немного затраты окупить.
— Кстати, теперь, когда мы свою работу практически закончили, объясните мне, наконец, почему нельзя было просто развернуть мощную антиалкогольную кампанию? К чему эти шпионские штучки и тайные заговоры? Нет, мы, конечно, в накладе не остались, и даже наоборот. Но все-таки?
— У всех этих кампаний эффект довольно спорный. Ну, запретим мы крепкие напитки, так польются самогонные реки. А пенка достанется уже не государству — все утечет в чужие карманы. А ты знаешь, какие это деньги? Вон, в Америке всерьез утверждают, что восемьдесят процентов крупного капитала зародилось во времена сухого закона. Да и примета плохая есть…
— Что за примета?
— Глупое совпадение, конечно, но у нас было две антиалкогольных кампании: одна началась в четырнадцатом году, а вторая — в восемьдесят пятом… В общем, никто не хочет рисковать: мало ли, в какую задницу занесет на этот раз. Так что решили все втихаря провернуть, чтобы народ понапрасну не тревожить… Придумал! — вдруг возбужденно сказал Павел Геннадьевич и тут же сбавил тон. — Мы эту побочную рекламу сначала «Оболони» предложим, а где-то через полгода — остальным. Компания крупная, объемы большие и пиво у них неплохое, так что никакие воспоминания не «посереют».
— Но как обеспечить рекламу именно пива, а, допустим, не пробегающей мимо собаки?
— Новым сортом. Ведь когда человек новое пиво пробует, он волей-неволей о нем думает, так? Хорошее, «говорящее» название… во, «фирменное»! Вот тебе и нужное направление мыслям. Дальше начнет работать сам индуктор. Они получат широкое распространение своего пива, а мы — нашего препарата. Как раз то, что надо.
— А как закон обойти? Ведь вы, можно сказать, психотропное средство в массовое производство пустить хотите?
— Какое такое психотропное средство? Пищевая добавка! Или витаминный комплекс. Или усилитель вкуса. Да ваш индуктор в любые одежды обрядить можно. Слышишь, а зачем огород городить? Ведь твой симбионт в дрожжах сидит? А ще ты видел, чтобы их в составе пива указывали? Вообще никому ничего говорить не надо: особые дрожжи, и все тут.
— Тогда еще одна мелочь. Пива у нас иногда выпивают и по десять бутылок кряду. Вполне хватит, чтобы довести людей до бурных фантазий…
— Десять бутылок! Ты сам подумай: если человек выпил десять бутылок пива, он трезвый или все-таки не совсем? Может, у него белая горячка случилась? Жестоко, не спорю, но зато в другой раз такой выпивоха лишний раз задумается, стоит ли столько пить. Тем более, уже будет, чем думать. В общем, завтра же рвану на завод, побеседую там с людьми. Глядишь, еще какую копейку заработаем, — он подмигнул Сергею и протянул руку.
— Ну, пока, изобретатель! К тебе послезавтра загляну. Расскажу, как встреча прошла, о чем говорили.
— Я провожу.
По пути к двери Сергей приостановился возле Юры.
— Ты как, управился?
— Да, Сергей Васильевич, сейчас уже заканчиваю. Пробную страничку вот напечатаю…
— Подождешь меня? Я скоро вернусь.
— Подожду.
Сергей Чекмаев
ПАНАЦЕЯ
Над головой просвистел вагончик монора. Я отвлекся, водитель сунул мне сдачу и нервно нажал на газ. Такси стремительно рванулось с места, лишь пронзительно взвизгнули покрышки. Я вздрогнул от неожиданности, выругался и сплюнул на тротуар. «Домой, скорее домой!»
Сканер «домового» ткнулся красным лучиком в зрачок, ослепив на мгновение. Я не стал дожидаться, пока он распознает хозяина, раздраженно пнул дверь и с силой захлопнул ее, отрезая внешние звуки.