Владимир аккуратно передал сына мадам Катарине и сильно прижал Аню к себе, обнимая и что-то шепча ей на ухо. Няня удивлённо посмотрела на замерших Демьяновых и продолжила читать интересующую её статью, слегка покачивая спящего мальчика.
– Всё, всё, тихо, это тебе почудилось, показалось, а на самом деле ничего нет. Слышишь меня? Кивни, если ты слышишь и понимаешь меня. Вот молодец, – шептал Владимир, поглаживая широкой ладонью постепенно расслабляющуюся спину жены. – А теперь подними голову и посмотри на меня!
Анна оторвала голову от мужской груди и облегчённо посмотрела Владимиру в лицо.
– Спасибо тебе, уже всё прошло. Правда, Володя, я в норме. Вот! – Она вытянула руку чуть вперёд, показывая свои немного дрожащие пальцы.
– О чём ты думала? Что тебе показалось?
– Не знаю, правда, не понимаю. Я думала об облаках, как здорово было бы прогуляться по ним с ангелами. А потом вдруг накатило.
– Ш-ш-ш, всё, тихо, тихо. Закрой глаза, у нас ещё почти полчаса полёта, отдохни, расслабься. Может, попросить чаю или сока?
– Нет, – прошептала Анна, – просто будь рядом, хорошо? – Она убрала поручень между их креслами, прижалась к мужу, обнимая его и пряча лицо у него на груди.
Владимир замер, дыша жене в макушку и касаясь её волос губами. С ней давно не было такого приступа. Что могло его спровоцировать? Владимир задумался, анализируя сказанное Анной. Она смотрела в иллюминатор, любовалась облаками, желая прогуляться по этой величественной белой пустыне. С ангелами… Ангелы… Бог… «Ты говоришь о Боге. А его нет!.. Ты думаешь, я не просила его, не молила, чтобы он спас меня, не дал свершится всему этому, чтобы он защитил меня от той боли, что я испытывала, чтобы наказал!.. Но он молчал!.. Твой Бог!» Владимир прикрыл глаза и мягко провел ладонью по плечу жены. Ангелы… Ангелы связаны с Богом. С тем, кого Анна просила о помощи, но так её и не дождалась. С того страшного дня, что разделил жизнь семьи Соболевских на до и после, прошло больше пяти лет, панические атаки, ночные кошмары тревожили Анну всё реже и реже, но иногда события, окружающие люди, пейзажи складывались в её сознании в необъяснимые конструкции, вызывая приступы тревоги и ужаса. Она научилась справляться с такими моментами самостоятельно, но если Владимир оказывался рядом, то победить её внутренних демонов было гораздо легче. Вот и сейчас Аня потёрлась носиком о рубашку мужа и подняла на него глаза:
– Спасибо, Володя, уже всё прошло. А Никита звонил? Они вылетели?
Демьянов кивнул и сцепил руки сильнее, прижимая податливое женское тело к себе:
– Эх, Демьянова, жаль, что мы в самолёте, уж я бы не довольствовался одной твоей благодарностью, окажись мы сейчас дома.
– Володя! – возмущённо зашептала Аня. – Что за мысли?
– Нормальные мысли, даже очень. Хочется надеяться, что в доме пресс-секретаря Его Высочества стены то-о-олстые и звуконепроницаемые. Хотя – плевать! Как хочу, так и буду любить свою жену, а мне этого страх как хочется.
В ответ Аня хихикнула и прижалась губами к груди Владимира.
Через несколько минут самолёт пошёл на посадку, вскоре они тепло встретились с друзьями и на заказанном заранее минивэне направились в Челси, где их ожидал гостеприимный особняк Мигеля Хавьера.
***
Никита напоследок улыбнулся и выключил скайп. Откинувшись на спинку офисного кресла, заложил руки за голову и с силой расправил плечи до боли. Итак, они в Англии, перелёт прошёл спокойно, маленький Порошин проспал почти половину пути, немного похныкав по дороге в Челси. Сегодня они обустраиваются в доме Мигеля Хавьера, а завтра едут в Фалфилд. Он опять вспомнил всё, что они успели прочитать в интернете об этом городке. Полторы сотни километров от Лондона, из местных достопримечательностей церковь святого Георгия (Порошин ржал как ненормальный, говоря, что даже в таком захолустье его будут встречать как святого, даже если его имя звучит чуть по-другому), садовый центр, несколько небольших магазинов. И две тюрьмы. Две тюрьмы на двести домов и неполную тысячу жителей. Лена рассказала ему о некоторых традициях тюремного содержания и издевательств над новичками. А ещё Никиту крайне тревожили слухи о наркоторговле в тюрьме, куда попала Лиза. Как бы не опоздать, если учесть тот факт, что Лиза в последнее время нуждалась в обезболивающих препаратах.