– Почему? – тихо спросила Лена.
– Мой муж и сыновья, Элен, попали в автокатастрофу. Сыновья погибли сразу, а муж остался прикованным к постели. И я уволилась, чтобы ухаживать за ним. Первое время нам хватало накопленных средств, а затем мне пришлось брать работу на дом. Я шила, вязала, писала статьи в журналы, занималась переводами. Мой Пьер умер три года назад, и я в свои сорок осталась совсем одна.
– Сколько? – вдруг воскликнула Лена и тут же смутилась: – Простите, мадам Катарина! Простите меня, я не хотела вас обидеть!
– Да, Элен, мне всего сорок три. И если бы мне не повстречались мадам Анна и её мужчины, не знаю, чем бы закончилась моя жизнь.
Лена медленно встала и обняла печальную женщину:
– А Аня знает об этом?
– Нет, Элен. Я стараюсь не говорить об этом, зачем? У всех хватает своих проблем, зачем же я буду нагружать окружающих, тем более у мадам и мсье такая сложная работа.
– Хм, работа она всегда работа, мадам, только вот у Ани не осталось почти никого, а у Володи только тётушка. А вы с лёгкостью заменили бы им одну из бабушек, правда очень молодую и милую! Знаете, в России дедушка и бабушка – это главные конкуренты родителей! У нас в интернете ходит одна присказка: один ребёнок в семье – это бандит. Двое – организованная преступная группировка. Бабушка и дедушка – могущественные покровители. Папа – политический лидер, и только мама никак не может определиться – то ли она карательный орган, то ли жертва беспредела! А если в доме есть кот – то это ещё один партизан-диверсант! Как Демьяновская Кити!
Мадам Катарина смотрела на улыбающуюся Лену, часто моргая и пытаясь вникнуть в сказанное, и вдруг рассмеялась.
– Никогда бы не подумала, что обычную семью можно так рассматривать! А кошка у мадам благородная. И Серж такой славный мальчик. Вы знаете, Элен, сейчас роднее и ближе их семьи у меня нет никого.
– Вот и прекрасно! Сегодня же скажу Анне об этом!
– Нет, Элен, что вы! Неудобно!
– Неудобно спать на потолке, одеяло падает, – тут же парировала Лена, сосредоточенно что-то читая в своём смартфоне. Затем она выдохнула и нажала на вызов: – Доброе утро, сэр! … Вы как всегда, мистер Милнер, лучше всех! … Да, вы правы, сэр, я могу подъехать к вам? … Спасибо, сэр, буду через час! Спасибо, мистер Милнер.
Лена выключила телефон и быстро поцеловала Катарину в щёку, пробормотав что-то о занятости, и выбежала из гостиной, зовя Григория. Катарина приложила ладонь к щеке, что поцеловала Лена, и усмехнулась – а вдруг и в самом деле эта поездка станет знаменательной вехой в её жизни? Она внимательно осмотрела бутылочки со смесью и широко улыбнулась.
***
Через час Елена Порошина зашла в офис адвокатской компании «Генри Милнер и Ко». Когда-то, когда были живы её родители и работали в этой организации, Лена несколько месяцев проработала здесь помощником адвоката, наблюдая, запоминая, записывая и анализируя работу своих коллег. И сейчас ей самой понадобилась их помощь.
– Мисс Элен, вы как всегда очаровательны. – Генри Милнер, седовласый высокий мужчина в очках, с улыбкой поднялся навстречу Лене.
– Спасибо, сэр, но я уже не мисс Элен. Я нынче миссис Порошина, мистер Милнер.
– Порошина, – медленно произнёс адвокат, будто пробуя новую фамилию Лены на вкус. – Вы были Вороб… – Милнер споткнулся на непривычном для англичан мягком звуке и старательно выдал: – Во-ро-бьёва! Я помню! А теперь у вас такая же трудная для нас фамилия - По-ро-щина. О, нет! По-ро-шина! Почему у вас такие сложные имена и фамилии? – с улыбкой продолжил он, отодвигая стул и приглашая Лену сесть.
– Это объяснимо, сэр. Вы живете на маленьком острове, вот и фамилии у вас короткие, ёмкие, как выстрел охотничьего ружья. Наша же страна большая, необъятная и имена с фамилиями у нас такие же – свободные, текучие, как наши реки, длинные, будто наши дороги, а кроме того ещё и певучие.