– О господи, – почти простонала Анна, – вы тоже герцог?
Все русские вдруг непонятно отчего громко расхохотались. Владимир сел рядом с женой и обнял, сильно прижимая к себе и целуя её в висок. Мэт и Джейк посмотрели друг на друга и одновременно протянули руки для пожатия, после чего Клиффорд спокойно сказал:
– Нет, я не принадлежу к семье герцогов Бредфордов, а всего-навсего один из потомков графа Пембрука. Так что до королевской семьи не дотянул.
– Слава богу, – шутливо ответила Анна, наклоняясь к столику за чашкой душистого чая. – А то эта несуществующая кража обросла таким количеством титулованных дворян, что мне самой уже хочется увидеть те самые запонки.
Клиффорд с улыбкой принял чашку из рук Катарины и задал первый на сегодня важный вопрос:
– А почему вы считаете эту кражу несуществующей? И как вы узнали об аресте вашей сестры?
Мэт Бредфорд сделал глоток освежающего напитка и ответил:
– Это я вызвал их, Джейк. Потому что надеюсь, что по окончании всего этого недоразумения я смогу представить Лизи своей семье в качестве жены.
Клиффорд ничем не выдал своего удивления, облокотился на высокую кладку камина и спокойно произнёс:
– Тогда начнём, да?
Часть 5
Лена окинула взглядом офис судьи Лоуренса. Неплохо, неплохо. Классика и современность в одном флаконе. Она уверенно толкнула дверь и огляделась по сторонам, делая вид, что не замечает взгляда молоденькой девицы, что изображала из себя секретаря. Вчера вечером она услышала довольно для того, чтобы сегодня игнорировать не только недовольные взгляды, но если будет нужно, то и замечания. Пусть только вякнет! Порошина подошла вплотную к столу секретарши и спокойно сказала:
– Я к судье Лоуренсу. Элен Порошина, адвокат мисс Соболевской. Доложите немедленно, мне ждать некогда. – И она уставилась в окно, наблюдая за Григорием, что спокойно обрывал листочки у чайной розы.
– Господин Лоуренс занят и сегодня не принимает, – заученно проговорила секретарша, вызывая в душе Порошиной бурю, сравнимую разве что с ураганом пятой категории. Эта сволочь ещё и занят!
– Без проблем. Тогда я вернусь позже, а вы передайте занятому господину Лоуренсу, что я подала иск против баронета Лейтона, обвиняя и его, и адвокатов его семьи в мошенничестве. А занятому господину судье, уж поверьте мне, – с улыбкой закончила она, – это будет о-о-очень интересно. Всего доброго. Кстати, дама в этой позиции совершенно бессильна.
Она гордо выплыла за дверь, засекая время. Послышался дробный стук каблуков, и Елена махнула рукой мужу. Григорий кивнул и подбросил сорванные лепестки вверх, делая несколько шагов вдоль тротуара. Из открытого по случаю жары окна послышался взволнованный голос судьи, и Лена, увидев ещё один кивок мужа, уверенной походкой вернулась в помещение офиса. Секретарша, как и ожидалось, отсутствовала. Значит, в деле! Лена возле приоткрытой двери включила диктофон, внимательно прислушиваясь к разговору.
– Да мне всё равно, что вы об этом думаете! Вы обещали мне, что за ней никто не стоит! А теперь получается, что и адвокат приехал, и встречный иск подаёт. К тому же она иностранка, мало того – русская, – простонал судья. – Вы понимаете, что значит иск о мошенничестве? Это конец моей репутации и безупречной карьере!
Лена приподняла бровь, не, ну не наглец, а? Безупречная карьера у него, ёкарный бабай! Подожди, я ещё это всё на суде могу выдать! А Джейкоб мне поможет!
– Вы что себе позволяете?! – вскрикнул невидимый Лоуренс. – Вы не выполнили своё обещание, теперь пусть ваша контора расхлёбывает это дело!
Лена опустила диктофон в карман и толкнула дверь, внимательно рассматривая побагровевшее лицо толстяка, сидящего в глубоком кресле, вокруг которого бегала встревоженная секретарша, пытаясь напоить Лоуренса водой.
– Вы уже освободились, судья Лоуренс?
Толстяк вздрогнул и уставился на Порошину ненавидящим взглядом.
– Вы кто такая? Что нужно?
Лена медленно вошла в кабинет и остановилась, сложив руки на груди и упираясь бедром в мощный дубовый стол. Она хорошо помнила совет Клиффорда: «Будь абсолютно спокойна внешне, веди себя раскованно, а местами нагло. Блефуй! Человек, знающий свою вину, расколется в любом случае. И помни – он полностью зависим от своей жены, Мэт точно знает, ведь он её лечащий врач. Его надо довести до такого состояния, чтобы он заговорил или… побежал!»