Никита стоял, наклонившись чуть вперёд и упираясь рукой в окрашенную бежевой краской стену. Пальцы ещё немного болели после того, как сомкнулись на шее той улыбающейся и привыкшей к безнаказанности суки. Он прислушивался к отрывистым командам на английском, спокойному голосу Бредфорда, но закрывал глаза и видел безжизненное тело Лизы. И сейчас почему-то забылись все её выходки, едкие слова, гнусные поступки, а вспоминалась маленькая восьмилетняя девчушка, перепачканная землёй, в шортиках и грязной футболке, что налетела на них с Гришей, когда они впервые появились в доме Соболевских. Она улепётывала от Антона и с разбегу влетела прямо в руки Григория. Затем отступила на шаг, задрала голову и удивлённо смотрела на высоких мужчин.
– А вы кто? Вы будете на нас работать?
Антон, который к тому времени уже заканчивал школу, поправил её:
– Лиза, как тебе не стыдно! Люди работают не на нас, а у нас в доме! И это большая разница.
– А вы будете нас охранять? – Она склонила голову чуть набок и улыбнулась. – Такие больши-и-ие, – протянула она и умчалась по своим делам.
Милая девочка… Когда же она превратилась в ту несносную фурию, что пыталась разрушить всё, к чему прикасалась? Но ответ на этот вопрос можно получить потом, сейчас главное её спасти. Но тут ни он, ни Аня с Володей помочь не могли. Только Мэт и его коллеги. Джейкоб уже поднял на ноги полицию Лондона, с помощью которой удалось задержать решившего сбежать судью Лоуренса.
– Никит, что там? – Владимир подошёл ближе и прислушался к звукам реанимационного отделения. – Что Мэт говорит?
– А хер его знает, Володь! Вот, блядь, только этого не хватало! Чтобы с Лизой что-то случилось! А главное, эти суки, блядь, ещё меня останавливали! Меня! Жаль, оторвали меня от той твари!
– Успокойся, – тихо произнёс Демьянов. – Мэт классный врач, да и больница одна из лучших. Я тут помониторил – отзывы положительные, врачи одни из лучших, спасут эту нашу дурочку. Аня расстроилась, когда узнала о ребёнке. Я пойду к ней, мы тут на первом этаже в кафе посидим.
– Знаешь что, Володя? Езжайте в Лондон, Серёжка ваш там один. Меня тут будет вполне достаточно, да и Мэт с ней останется. Чего тут толпой торчать? А если что-то станет ясно – отзвонюсь. Место в гостинице забронируй и езжайте. Аню успокой, всё будет хорошо.
Демьянов ещё раз посмотрел на матовые стёкла двери в реанимационное отделение и кивнул. Никита прошёл по коридору и остановился у окна, закрыл глаза и глубоко вздохнул…
…Он смотрел в лицо начальнику тюрьмы, вполуха слушая, что говорит Джейкоб, не всё четко понимая, но зная, что сейчас Клиффорд настаивал на встрече со своей клиенткой, коей являлась с сегодняшнего утра мисс Элизабет Соболевская. Никита почему-то вдруг понял, что им снова откажут. И не потому что они нарушают какие-то правила и законы, а потому что что-то случилось. Интуиция вопила о чём-то дурном, как тогда, тем проклятым праздничным днём пять с половиной лет назад. Он осмотрелся - четверо мужчин и одна женщина. Аня стояла в центре и казалась совсем малышкой в сравнении с напряжёнными мужчинами. Она чуть наклонила голову набок и прищурилась, по-видимому, этот сидящий за столом мужчина тоже не вызывал у неё положительных эмоций. А когда он отрицательно покачал головой, Анна едва заметно усмехнулась. Затем демонстративно посмотрела на свои изумительные часы в виде драгоценной капли и вдруг твёрдо сказала:
– Так, довольно. – Мужчины резко повернули головы в её сторону, а Анна тем временем вытащила из сумочки паспорт Интерпола, какую-то бумагу и телефон. – Агент Анна Демьянова, Интерпол. Ознакомьтесь, это официальный запрос из службы по незаконному обороту наркотических и сильнодействующих веществ. Мисс Элизабет Соболевская проходит в качестве свидетеля по делу о торговле наркотиками в столице Королевства. Мы не хотели афишировать своей приезд, но вы вынуждаете нас действовать жёстко.
Владимир с удивлением уставился на лист с отпечатанным текстом и с ужасом узнал свои заметки по реорганизации отдела кибербезопасности… на французском языке. Анна же продолжала спектакль. Она набрала номер и, спокойно глядя на начавшего нервничать чиновника, мило произнесла:
– Эта тюрьма находится в ведении Тюремной службы Её Величества, не так ли? Ваша Светлость, – прервала саму себя Анна, будто ей только что ответили на звонок, – я вынуждена просить помощи. Как вы и предполагали, господин герцог, нам препятствуют во встрече со свидетелем… Да, конечно, мы будем вам признательны.