– Нет, – за всех ответил Никита. – Детали?
– Я бы не хотел обсуждать это тут, среди людей. Всё-таки это личная информация.
– Хорошо, это потом. Сначала об аресте.
Метью глубоко вдохнул и пожал плечами:
– Мне нечего сказать. Я совершенно случайно услышал об этом в телевизионных новостях. Но рядом со мной в тот момент была одна из моих пациенток. Она… как бы это сказать? Она яркий представитель так называемой тусовки. - Он замолчал, когда увидел, как переглянулись между собой русские. – Лизи часто посещала разные мероприятия. Но не вращалась в этой среде постоянно, она много работала.
– Работала? Подождите, доктор. – Никита прервал рассказ Бредфорда резким жестом и повернулся в сторону, что-то сказал, и перед глазами Метью возник ещё один мужчина. «Мой бог, они там в России действительно богатыри!» – подумал он перед тем, как ему представили вновь прибывшего: – Сэр, это Павел Земляной, начальник службы безопасности. Продолжайте.
Метью откашлялся и тихо заметил:
– Мне не так много известно, но моя пациентка миссис Хайкл упомянула одного человека, который, по её мнению, виновен в аресте Лизи. Или имеет какое-то отношение к этому делу.
– Баронет Майкл Лейтон? – спокойно произнёс Прозоров. Метью утвердительно кивнул. Русские зашептались, будто подбрасывая друг другу идеи. Затем Павел склонился к монитору и спросил: – А почему вы обратились к мсье Демьянову?
– Я подумал, что сотрудникам Интерпола будет легче справиться с этим вопросом.
Владимир покачал головой:
– Вы ошибаетесь. Интерпол не карательная организация и не имеет возможности казнить и миловать. Мы просто наблюдательный и информационный центр. Мы не полиция и не суд, доктор.
Бредфорд посмотрел на серьёзные лица на мониторе, затем перевёл взгляд на Демьянова и прикрыл глаза:
– Вы отказываетесь помочь ей, да?
– Нет, – ответил опять за всех Прозоров. – Но для этого нам нужны детали. А я так понимаю, что их можно узнать только на месте?
– Я могу поехать в Лондон на несколько дней, – задумавшись, сказал Владимир, – но для начала мне необходимо подготовить Аню.
Русские переглянулись, и красивая женщина, представившаяся адвокатом Еленой Порошиной, тихо ответила:
– У тебя будет такая возможность, Володя, тем более что Аня стоит у тебя за спиной. Ань, привет! – И она помахала рукой.
Владимир резко развернулся и виновато заглянул в серо-голубые глаза жены.
– Что происходит, Володя? Что вы от меня скрываете?
– Анна, добрый день, – Никита поднял ноутбук, и камера скрыла его друзей. – Анюта, Володя не хотел тебя тревожить, но у нас проблема.
– Что случилось? Только правду, Никит!
– Конечно. Лиза арестована, Аня. По обвинению в краже.
– Бред! – вырвалось у Анны, и она потёрла висок тонкими пальцами. - Она… да нет, ерунда какая-то! Зачем ей это нужно? Она обеспеченный человек, какая кража?
Метью внимательно слушал непонятные слова и понимал, что Лизина семья не верит в её вину, но именно от этой белокурой красавицы сейчас зависит окончательное решение его вопроса.
– Вы Анни Соболевская? – Бредфорд поднялся и нервно потёр ладони. – Лизи немного говорила мне о разногласиях между вами, но…
– А больше ничего вам Лиза не говорила? – перебила его Анна. Затем кивнула в ответ на ошеломлённое молчание мужчины и сосредоточилась, о чём-то задумавшись. Она подняла голову, прищурилась и внезапно задала вопрос: – Скажите, в какой тюрьме она будет отбывать наказание?
Метью посмотрел на замерших Демьяновых, на лица русских на мониторе, что выглядывали из-за широких плеч Прозорова, и ответил:
– Тюрьма Иствуд-Парк, это в Южном Глостершире.
Анна посмотрела на ноутбук и встретилась взглядом с Еленой, которая медленно покачала головой:
– Ты тоже так считаешь?
– Да, Ань, иначе никак.