– А вы типа не понимаете?
– Ты о чём, Гриш? – тихо спросил Никита. - Думаешь, что…
– Да тут и думать нечего. В положении наша мартышка. И боится поэтому, правда, не знаю чего. Эта бледность её ненормальная, в машине её укачало немного, тяжело дышала, то мёрзнет, то шубу распахивает. Слёзы горючие, а потом сразу статуэтками кидается. Только почему она одна? Мэт где? Как он её одну отпустил, а теперь трубку не берёт? И сюда она согласилась поехать не потому, что сильно хотела, а потому что некуда ей, мужики, теперь ехать. Всё, приехала наша мартышка. Одна она. Делать-то что будем?
Мужчины замолчали, каждый думал над сложившейся ситуацией, как вдруг Владимир фыркнул и с улыбкой протянул:
– Да ну, фигня! Не верю я, что Бредфорд таким сукиным сыном оказался. Никит, надо звонить ему. Если он не знает о Лизиной выходке – он там с ума сойдёт! Мы, мужики, не в курсе, что там у них происходило после нашего отъезда. Но что-то мне подсказывает, что Лиза сильно ошибается на его счёт. Как и всякая беременная женщина. Моя Аня тоже концерты закатывала – будь здоров.
– Да, Инга мне даже грубила, представляете? – Никита улыбнулся своим воспоминаниям и опять набрал номер Бредфорда. – Вне зоны действия сети. Хорошо, давайте пока отдохнём. Борис Николаевич, ты не в обиде на нас – мы Глафиру забрали, опять нянькой побудет при девчонках.
Никифоров молча махнул рукой и тихо обратился к Павлу:
– Я к Глаше зайду, потом к охране наведаюсь, а ты отдохни пока, – и быстро вышел. Следом покинули кабинет остальные, и дом будто замер, погрузившись в напряжённую тишину.
***
Владимир вошёл в комнату и тихо прикрыл дверь. Серёжа, уставший от долгой дороги, новых впечатлений и богатого на события дня, боролся со сном, но Анна укачивала его, усадив себе на колени и тихо что-то напевая.
– Папа, – прошептал сынишка и тут же прикрыл глаза. Аня ещё несколько минут подождала, пока малыш крепко уснёт, и переложила его на кровать в виде гоночного автомобиля.
– Ань, – прошептал Володя, подходя к жене и прижимая её к себе. – Нам Григорий рассказал о том, что произошло в гостинице. Ты как?
– Нормально, Володя, но испугал он меня знатно. За что и получил. Что-то устала я, прилягу немного.
Она забралась на кровать, набросив на ноги тёплый плед и с облегчением откинулась на высокую спинку. Потом легко постучала ладошкой рядом с собой, приглашая мужа присоединиться к ней, Демьянов тут же сел рядом, притянул жену к себе и обнял.
– О чём вы говорили с Лизой?
– Как ни странно, она пыталась мне доказать, что именно она во всём и всегда была виновата, а я со своей стороны пыталась её в этом переубедить. Что-то случилось с ней, Володя. Лиза всегда была довольно независимой и дерзкой, сейчас же это совершенно противоположный тому образу человек. Никита говорил, что в больнице после тюрьмы она не показалась ему сломленной, потухшей, а вот сейчас это выглядит именно так. Конечно, может, у неё такая запоздалая реакция? Ведь мне тоже понадобилось много времени, чтобы научиться жить.
– Не надо, не думай об этом. Как ты думаешь, вы сможете общаться в будущем?
Анна вздохнула, уткнулась носом Владимиру в грудь и пожала плечами:
– Не знаю. Не думаю, что мы станем очень близкими подругами. Увы, это утеряно навсегда ещё в нашем детстве и юности. Но я очень надеюсь, что мы не будем испытывать неловкости и раздражения при встрече. Мэт, как не крути, остаётся нашим хорошим приятелем, я бы не отказалась от такого преданного и честного друга, всё равно мы рано или поздно встретимся, а Лиза его жена. Так что я тебе очень благодарна за то, что ты настоял на нашей встрече и разговоре. Теперь надо узнать, что же произошло у них, и желательно сообщить Бредфорду, что Лиза с нами.
– Никита пытался дозвониться до него, Мэт вне зоны.
– Странно. Он даже во время операций телефон не отключал.
– А ты права, Анют. Его телефон может отключиться только в нескольких случаях: если он сменил хозяина, а попросту его украли, если…