Врач понимающе кивнула:
— Да, так часто бывает. Вы себе не представляете, какой это стресс для женщины, всегда гордившейся своей ролью образцовой матери и жены.
— Да, Лаура как раз такая. Она добрая, чувствительная. Я хорошо ее узнала, когда умирал мой муж. Все подруги меня оставили, наверное, решив, что я предпочту одиночество, но мне на самом деле был нужен собеседник, и Лаура всегда оказывалась рядом. Ее муж лечил моего мужа, и, отдавая ему должное, хочу сказать, что Джим тоже очень внимательный и тактичный человек.
— Вероятно, она рано вышла замуж.
— Вы правы. Она работала, чтобы содержать семью, пока Джим учился в медицинском и стажировался. Тогда же у них родились близнецы. Сейчас они уехали в колледж.
— И Лаура осталась одна.
Пришлось звонить дважды, прежде чем Лаура открыла дверь. Она была в халате и тапочках. Волосы стянуты резинкой. На бледном лице ни следа косметики.
— Пич, рада тебя видеть, — приветствовала она без особого энтузиазма.
— Лаура, я очень переживала из-за тебя и решилась пригласить доктора Сабатини. Пусть она тебя просмотрит.
На лице Лауры отразилась тревога.
— Я не нуждаюсь в помощи врача. Я прекрасно себя чувствую.
— Простите, можно мне зайти? Мы ехали довольно долго, и мне хотелось бы выпить стакан воды, — спросила Кристина, дружелюбно улыбаясь хозяйке.
Вспомнив о правилах хорошего тона, Лаура отступила, пропуская гостей:
— Пожалуйста, проходите. Я приготовлю чай.
— Это было бы очень мило с вашей стороны, — сказала врач. — Какой у вас красивый дом!
— Благодарю. Пич, проводи, пожалуйста, доктора Сабатини в гостиную, а я поставлю чайник.
На Пич произвело впечатление то искусство, с каким Кристина загладила неловкую ситуацию. Через несколько минут из кухни вернулась Лаура с серебряным подносом в руках, на котором стояли три чашки чаю и тарелка с домашним печеньем. Она легко и красиво обслужила гостей. Было заметно, что привычные хозяйские хлопоты помогают ей избавиться от напряжения.
Кристина принялась задавать вопросы о некоторых антикварных вещицах, украшавших гостиную, беседа крутилась вокруг того, что создает комфорт и уют. Казалось, не прикладывая никаких особых усилий, врач заставила Лауру расслабиться. После небольшой паузы Лаура спросила:
— Вы психиатр, доктор Сабатини?
— Нет, я практикующий психоаналитик, и, прошу вас, называйте меня по имени — Кристина. Я не люблю формального обращения, создающего ненужную дистанцию. Я не умею творить чудеса. Я, как и другие представители моей профессии, только помогаю своим клиентам помочь себе самим.
— Но со мной действительно не происходит ничего плохого. Я прекрасно себя чувствую, честное слово.
— Когда вы последний раз выходили из дома? — спросила Кристина.
— Вчера… ну да, вчера… Я ходила на рынок.
Пич удивленно посмотрела на подругу:
— В самом деле? Я так рада…
— А на какой рынок вы ходили?
— Ну… э… на улицу Венчи.
— У вас не возникает ощущения повышенного сердцебиения, когда вы выходите? Не потеют ладони? Не затрудняется дыхание?
Пич пристально посмотрела на Лауру. Той, очевидно, было неловко от подобных вопросов, хотя они были заданы предельно мягко.
— Нет! Я прекрасно себя чувствовала, — не ответила, а уверенно возразила Лаура.
Психолог взглянула на нее и сказала:
— Лаура, прошу вас, позвольте мне вам помочь.
Не в силах больше сдерживаться, Лаура зарыдала. Пич обняла ее за плечи:
— Лаура! Мы сейчас обе одиноки. Давай поможем друг другу.
Наконец Лаура справилась с собой. Пич тем не менее стояла рядом, поглаживая ее по спине.
— Лаура, давай пару дней поживем у меня. А когда ты почувствуешь себя лучше, вместе полетим в Напу.
— Я не могу, Пич.
— Можешь… если постараешься.
— Нет, миссис Малони, — вмешалась Кристина, — она действительно не может сейчас этого сделать. Но если повезет, мы сумеем это сделать довольно скоро.
Лаура с удивлением посмотрела на доктора, которая продолжала:
— Понимаете, нам предстоит делать шажок за шажком. Каждый день — один маленький шаг. Маленький, но каждый день. Вам будет нелегко, но ваша болезнь пока не запущена. Так давайте начнем прямо сегодня. Чем дальше, тем будет сложнее.
— Что я должна сделать?
— Вы можете начать с того, что, провожая нас, выйдете на крыльцо и помашете нам рукой. Завтра в девять я к вам приеду, и мы сделаем следующий, еще один маленький шаг. У нас будет время немного поболтать. И так каждый день, пока вы не окрепнете настолько, чтобы приезжать ко мне самостоятельно. Договорились?