Сверкнули великолепные зубы.
— Вечер затянулся допоздна, и миссис Стэплтон настояла, чтобы я остался на ночь. В комнате для гостей, разумеется. — В голосе Росса звучало неприкрытое раздражение. Очевидно, он рассчитывал провести ночь со своей невестой. — Это всего через пару дверей от тебя. Я слышал, как ты выходила утром. Вот и поджидаю тут.
Мысль о том, что этот приставучий тип был совсем рядом, повергла Шерил в ужас, и она, не раздумывая, выпалила:
— Я, как чувствовала, — заперла дверь на ключ.
Ничуточки не смутившись, Росс наблюдал за ней с веселым блеском в глазах.
— Я не нравлюсь тебе, — констатировал он.
— После вчерашнего?! — удивилась Шерил. — Конечно, нет.
— Я мог бы это изменить… — с властной настойчивостью он придвинулся ближе, — если бы ты дала мне шанс.
Шерил ощутила, как в предчувствии грядущих неприятностей сердце задрожало испуганным зайчишкой, но твердо сказала:
— Мистер Кобурн, могу дать вам только один шанс — сделайте шаг в сторону и позвольте мне пройти. Мой отец был полицейским, и я умею защищать себя от наглых приставал.
Росс с насмешливой ухмылкой поднял руки, но с места не тронулся.
— Не надо угроз, детка. Хочешь пройти — пожалуйста. Тебе же хуже.
С отвращением глядя на него, Шерил покачала головой.
— Предполагается, что завтра у вас свадьба. Может быть, стоит подумать о брачных обязательствах?
Росс усмехнулся.
— В этом вопросе я всегда был сторонником широких взглядов.
— А что думает об этом Мейбл?
Улыбка стала менее лучезарной.
— Мейбл предпочитает видеть только светлые стороны жизни.
Шерил недоверчиво уставилась на Росса. Неужели не осталось на свете ни одного мужчины, который принимал бы всерьез хоть какие-нибудь обязательства? Неужели те, кто верит в любовь, честь и достоинство относятся к вымирающему племени?
— Иначе говоря, чего не знаешь, того не существует, так? — уточнила Шерил. — А вдруг кто-нибудь раскроет Мейбл глаза, и она увидит все в истинном свете?
Росс пожал плечами.
— Это будет их слово против моего.
— Ты действительно такой подонок?
— Брось, детка, — вкрадчиво прожурчал Росс, подходя еще ближе. — Тебе нужно научиться расслабляться, больше наслаждаться жизнью.
Шерил бдительно следила за его приближением и просчитывала варианты: бежать или защищаться. Вчера вечером она была вооружена парой трехдюймовых каблуков. Сегодня — босая и под рукой никакого оружия. Легкие теннисные туфли не в счет. А в противнике как-никак больше шести футов, и он в хорошей форме. Если дойдет до рукопашной, она может проиграть.
Таким образом, остается второй вариант — бегство.
И, не раздумывая больше, Шерил сделала шаг в сторону, обошла Росса и устремилась к дому. Она не оглядывалась назад и не знала, гонится ли он за ней. Глядя прямо перед собой, Шерил влетела на широкую веранду, опоясывающую дом, рванула дверную ручку и почувствовала себя в безопасности.
Барнет вышел из-под душа и швырнул полотенце в корзину для грязного белья. Ледяная вода так и не охладила его возбуждение. Он нахмурился, чувствуя себя не в своей тарелке. Уж эти его фантазии! Но кому какое дело до его фантазий? Даже в ранние часы пробуждения он мог бы служить образцом благопристойности, но в своих грёзах он волен быть любым: разнузданным, испорченным, неприличным… Хотя, если честно, подобные грёзы сильно изнуряли его.
В его ночных мечтаниях главная роль отводилась, конечно, Шерил.
Этой ночью, увидев ее в большой уютной кровати, в кружевах выглядевшую невероятно сексуально, он ощутил острый приступ желания. Держать ее в объятиях и умудриться не перейти грань дозволенного было настоящей пыткой. Возможно, он и попытался бы воплотить свои фантазии в жизнь, но заметил растерянность и чуть ли не ужас в глазах Шерил. Ему потребовалось включить все свои сдерживающие центры, чтобы не поддаться чувственному порыву и не обнять ее со всей силой своей пылкой бушующей страсти.
Барнет застонал и выбросил непристойные мысли из головы. Схватив первое подвернувшееся под руку полотенце, он обернул его вокруг бедер и вошел в спальню. Его навыки и привычки воспитанного человека подвергались в эти дни серьезным испытаниям. Он не представлял, как долго еще сможет противостоять искушению.
Барнет рассеянно потянулся к ящику, где лежало белье. И тут дверь резко отворилась, вбежала Шерил и с громким стуком захлопнула ее за собой. Затем повернулась и, будто защищаясь от чьего-то вторжения, привалилась к двери спиной. Увидев Барнета, она окаменела. С пылающим лицом, с длинными растрепанными волосами, задыхающаяся и взволнованная, она была чудо как хороша — живое воплощение его эротических грёз.