Он положил руку ей на затылок, взъерошил густые волосы и притянул ближе к себе. Жест был властным и сильным — жест мужчины, готового делом подтвердить свои слова.
Шерил вновь охватил чувственный озноб. Она взглянула Барнету в глаза и увидела в их мерцающей глубине отражение собственного желания. Одним движением языка он раздвинул ее губы и проник в ее рот жадным, ищущим, властным поцелуем.
И Шерил начала оживать в его объятиях.
Пламя и жар. Вожделеющая плоть и влекущее тело. Со стоном поверженного, отдающего себя на милость победителя, она прижалась к нему, испытывая жгучую потребность ощутить еще большую близость, раствориться в Барнете — целиком, без остатка…
В пустой комнате бушевала страсть, вздымались и опадали волны тяжелого дыхания. А потом, задохнувшись, они оторвались друг от друга.
— Я передумала, — прошептала Шерил. — После каждого моего свидания можешь встречать меня у дверей.
— Свиданий больше не будет, — строго сказал Барнет и, с прищуром взглянув на нее, потребовал: — Ну-ка, пообещай мне, что не станешь встречаться с торговцем антиквариатом. Давай же, я жду.
Шерил вздохнула. Она любила Барнета и понимала: он имеет право рассчитывать на ее верность.
— Ладно, я не буду встречаться с Прескотом, разве только по делам. Конечно, если он захочет продавать мои работы. Возможно, после сегодняшнего вечера он вычеркнет мое имя из всех своих записных книжек.
— Меня это вполне устраивает.
Шерил нахмурилась.
— Знаешь, твой эгоизм начинает меня раздражать. Мы говорим сейчас о жизненно важной для меня вещи — о работе. Мне нужно оплачивать счета, кормить ребенка, одним словом, содержать себя. И если ты не понимаешь…
— Это не проблема, — перебил он ее. — Отныне всем этим буду заниматься я.
Шерил высвободилась из его объятий.
— О нет, Барнет. Твоя помощь мне не нужна. Я сама могу позаботиться об Уолли.
— Шерил, я хочу на тебе жениться. Вот так.
Никакого вопроса.
Спокойное твердое заявление.
Она прижала руку к занывшему вдруг сердцу.
— Что ты сказал?
Барнет улыбнулся раздражающе самонадеянной улыбкой.
— Я сказал: «Я хочу на тебе жениться».
Комната снова закружилась.
— Ты… — К своему и, похоже, к его удивлению, она заколотила кулачками по его груди: — Ты негодяй!
Барнет недоуменно заморгал.
— Почему? Я только сказал…
— Слышала! Ты хочешь на мне жениться! — выкрикнула Шерил.
— Ты сердишься? — Барнет отказывался верить собственным ушам. — Я думал, ты будешь рада.
Шерил свирепо уставилась на него.
— И когда же ты принял это решение, Барнет? Сегодня вечером?
Он неловко переступил с ноги на ногу.
— Ну…
— Вот именно. Если бы не мое свидание с Прескотом, ты бы никогда и не вспомнил об этом. — Шерил возмущенно всплеснула руками. — Я тебя знаю, Барнет. Ты еще несколько месяцев, а то и лет, ходил бы вокруг да около, выжидая подходящего момента. Только этот момент мог никогда и не подвернуться. — Неожиданно у нее на глазах появились слезы. — Ты никогда, никогда не изменишься…
— Шерил… — растерянно сказал он, подходя ближе, — Шерил, я не хотел тебя огорчать. И, пожалуйста, не плачь. Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты плачешь.
— Да-да, и сейчас тебе лучше уйти. — Она громко втянула в себя воздух и устремилась в гостиную. — Я чувствую в себе целый водопад.
— Ох, пожалуйста, не надо! — взмолился Барнет, настигая ее. — Я все равно не уйду, пока все не улажу. К тому же, винить нужно не только меня. Именно ты пошла на свидание с этим… антикваром.
Шерил вздернула дрожащий подбородок.
— На этот счет у меня есть совершенно разумное объяснение.
— Неплохо бы его услышать, — проворчал Барнет, подступая к ней ближе.
Шерил машинально попятилась и пятилась до тех пор, пока не шлепнулась на кушетку.
— Ну, Прескот предложил, и я…
— Сказала «да», — закончил Барнет, глядя на нее теплыми жадными глазами, — зная при этом, как я забочусь о тебе. Извини, конечно, но, по-моему, я не единственный в этой комнате, у кого есть проблемы со всякими отсрочками-проволочками.
— Ладно, — Шерил смущенно улыбнулась, — признаю: глупо было идти на это свидание. Но может быть — только может быть! — я согласилась на это свидание потому, что боялась признаться себе в своих чувствах. Разве можно винить меня за это? Всякий раз, когда я доверялась мужчинам, они непременно, в том или ином отношении, разочаровывали меня.
Барнет пристально посмотрел на нее.
— И ты старалась оттолкнуть меня прежде, чем я мог подойти ближе и разочаровать тебя, так.