Маг возник на пороге «Веселого кота», когда я уже заканчивала завтракать. Окинул внимательными глазами обеденный зал, заметил меня и скривился. Недовольно, почти обиженно. Детский сад, честное слово.
– Поторопитесь, нара, – кинул он мне вместо приветствия и, не найдя других слов, прибавил раздраженно: – Что вы там возитесь? Собираетесь съесть все, что хозяйка оставила для других постояльцев? Мы и так уже опаздываем.
Пожала плечами, допила морс и без возражений поднялась из-за стола, чем, кажется, привела Вольпена в еще большее негодование. Он что, рассчитывал на капризы?
– Не заставляйте себя ждать, – процедил сквозь зубы и удалился, громко хлопнув дверью.
Не стала дразнить и так уже достаточно раздосадованного мэтра. Надела заплечную сумку, попрощалась с гостеприимными хозяевами, выслушала их пожелания счастливого пути вперемешку с призывами к Лиос не оставлять своими милостями несчастную юную вдову и догнала мужчину, который уже успел выйти за калитку.
Минут через десять быстрого шага в полном молчании мы добрались наконец до дома родителей Тиссы – маг впереди, я в нескольких шагах позади него. Как и предполагала, мэтр подгонял меня исключительно из вредности, фургон подъехал лишь через полчаса. Все это время я провела в маленьком ухоженном садике Хардов, хотелось перед дорогой подышать свежим воздухом.
Стана в сопровождении Вольпена и младшей дочери вышла сразу же, как прибыла повозка. Бледная и какая-то помятая, она тем не менее была тщательно, подчеркнуто аккуратно одета и выглядела вполне вменяемой. По крайней мере не плакала, уже хорошо. На ее фоне Летта казалась особенно шумной и легкомысленно-беззаботной. Прелестной легкокрылой бабочкой, что весело кружит вокруг умирающего бесцветного мотылька.
У северных ворот уже поджидали всадники, один из которых держал перед собою в седле закутанную в плащ женщину. При виде нас он мгновенно соскочил с коня и осторожно помог спешиться своей спутнице.
– Тисса, – рванулась к дочери Стана.
– Нет, – стегнул ее резкий окрик мага, и нара Хард, прижав руки к груди, застыла на месте. – Сейчас она заснет, – продолжил Вольпен, перехватывая девушку и поднимая ее на повозку. – До вечера не приближаться, не трогать, не будить. А там посмотрим.
– А что здесь делает Тисса, мама? – зазвенел удивленный голосок Летты. – Она с нами поедет? Почему? Она больше не наложница? Прогневала саэра, и он от нее отказался? Вот ненормальная!.. А как же я? Вдруг господин теперь и меня не захочет взять из-за дуры-сестрички? Я же всем подругам рассказала… Никогда Тиске такого позора не прощу… никогда!
Вот так под истеричные вопли Летты, горестные вздохи Станы и презрительное хмыканье мэтра и началось наше путешествие.
Ехать предстояло четыре дня – вроде бы немного, к тому же дорога, вымощенная широкими плоскими плитами, оказалась ровной и удобной. На ночь мы собирались останавливаться на постоялых дворах, которые располагались вдоль тракта примерно на расстоянии дневного переезда друг от друга. Скромных, но чистых и вполне приличных. Там можно было получить сытный горячий ужин, помыться и отдохнуть. Чего еще не хватает для комфортного путешествия? Разве что добрых спутников, с которыми приятно коротать время за неспешной беседой. Вот с этим как раз имелись проблемы.
Почти весь первый день Тисса проспала в глубине повозки. Вольпен так и не подпустил к ней никого, включая мать девушки. Меня удивило, что нара Хард безропотно подчинилась приказу мэтра, не попробовала хотя бы украдкой проверить, как чувствует себя ее дочь. Сидела неподвижно и молчала, безразлично уставившись перед собой. Но я не стала вмешиваться и что-то говорить.
Летта ныла, бормоча гадости в адрес сестры, но приблизиться тоже не решалась. А после обеда и она затихла, наверное, выдохлась. Насупилась, нахохлилась в углу, как маленький злобный воробей, и лишь иногда бросала на Тиссу короткие яростные взгляды исподлобья.
Я облюбовала место у самого выхода из фургона, подальше от вредной девчонки, и от нечего делать принялась разглядывать окрестности. Мимо тянулись рощи и перелески, мелькали селения и ровные прямоугольники засеянных полей. Вскоре мне надоел повторяющийся однообразный пейзаж, и я задремала.
Незадолго до заката доехали до первой придорожной гостиницы. Тиссу Вольпен так и оставил в повозке, распорядившись ее не трогать. Остальные с удовольствием поужинали, тем более что на обед мы не останавливались, а просто перекусили на ходу, и отправились размещаться на ночлег.
Очень хотелось достать дневник, рассказать о сложившейся ситуации, попросить совета – вдруг откроется и чему-нибудь научит. Но нам со Станой и Леттой выделили одну комнату на троих, какое уж тут чтение или беседы со странным артефактом. Оставалась надежда на «виртуальные» уроки во сне. Однако ночь не подарила ни новых видений, ни неожиданных встреч, и я крепко проспала до самого рассвета. Единственная радость, что хорошо отдохнула.