– Заткните ее! – раздался за моей спиной спокойный холодный голос.
Хлесткая пощечина, еще одна, и женщина надрывно закашлялась.
Откуда-то сзади вынырнул высокий широкоплечий мужчина. Небрежно отодвинул меня в сторону и быстро прошел мимо, задев полой длинного плаща. На плече, отражая солнечные лучи, блеснула знакомая круглая фибула с огромным оскалившим пасть борэшем.
– Где твой амулет, жрица? – бросил он, подойдя к Одри.
– Так вот что вам нужно? – насмешливо вскинулась та. – Что, одного, отданного твоей подстилкой, недостаточно? Сочувствую… Потому что моего вы точно не получите. Он надежно спрятан, до него саэрам никогда не добраться. А эту дрянь Страж в Сердце Ночи больше не пропустит. – Она снова булькнула смехом, но тут же замолчала и впилась в меня немигающим взглядом. – Ты отдала ему свою жизнь, клятвопреступница, а он выбросит ее, как старую ненужную тряпку. Ты отчаянно жаждешь остаться рядом с ним, но скоро потеряешь навсегда. Ты надеешься создать крепкую семью, но и этому желанию не дано осуществиться. Ты грезишь о детях и внуках, но один из них тебя же и погубит. Дэн эссе алкар!
Да будет так…
Женщина затихла на мгновение, а потом резко выгнулась в удерживающих ее руках и вспыхнула живым факелом, заставив охранников поспешно отскочить. Через несколько минут от нее осталась лишь горстка пепла. Наместница Эрто Аэрэ добровольно ушла в круг перерождения, отдав все силы последнему заклятию.
И снова меня подхватили мрачные тени. Закружили в бешеном хороводе и выбросили в знакомом храме.
Изящные беломраморные колонны, полированная гладь пола, разноцветная майолика на стенах, золото и драгоценные камни. Все это я уже видела, и не раз.
– Пора… – жарко дохнуло мне в лицо, и я послушно пошла к панно, составленному из больших осколков гладко отполированного камня.
– Смотри, – прошелестело у самого уха, – смотри внимательно…
Замерла, до рези в глазах вглядываясь в своеобразное зеркало, из глубины которого медленно проступали очертания фигуры.
Нэтка… Ученица храмовой школы. Худенькая голенастая девчонка с торчащими в разные стороны забавными косичками.
Нэтта… Младшая жрица. Изящная девушка с серьезными карими глазами.
Нэталина… Нареченная Ночи, самая молодая из призванных богиней. Миловидная женщина с красиво уложенными волосами и приятной улыбкой. Любившая… предавшая… погубившая всех, кто ей доверял.
Незнакомка продолжала неуловимо меняться – взрослела, старела, постепенно превращаясь в ту, что была мне знакома, наверное, с самого детства.
– Наталья Владимировна, – выдавила я ошарашенно.
Губы Светкиной бабушки дрогнули в горькой усмешке, и зеркало подернулось мелкой рябью, помутнело, а потом и вовсе погасло, снова превратившись в камень…
Когда я пришла в себя, в комнате было темно и тихо. Значит, мне все-таки удалось заснуть, и довольно крепко. Я по-прежнему полулежала в кресле, только теперь по самое горло укутанная большим мягким пледом. Наверняка мэтр побеспокоился. Мысленно поблагодарила мага за заботу, встала и отдернула шторы, позволяя лунному свету струиться в высокие окна. А потом обвела взглядом небольшую гостиную, из которой так и не успела вчера уйти в выбранную для себя спальню. Заметив Вольпена с Теомером, улыбнулась.
Мои спутники, устроившись на расставленных вдоль стен диванах, крепко спали. Скорее всего, не захотели будить меня вечером, но и уйти, оставив одну, не решились. Вот и расположились рядом, не без оснований посчитав, что так надежнее. В том, что меня не бросит маг, я не сомневалась, но приятно, что наследник пожелал составить ему компанию. Значит, успел сделать для себя какие-то выводы.
Не стала тревожить мужчин – пусть отдохнут, неизвестно еще, что ждет нас впереди. Взяла ключ от комнаты Эоноры и отправилась проведать нашу не в меру резвую красавицу.
Состояние подопечной Адана не изменилось. Бледное до зелени лицо, запавшие глаза, тяжелое дыхание с хрипами. Подхватив с прикроватного столика полотенце, я промокнула покрытый испариной лоб. Девушка вздрогнула и бессознательно потянулась за моей рукой, не застонав – заскулив по-щенячьи тоненько, жалобно.
Как же нам с тобой поступить, воспитанница рода Арвит?
Погруженная в невеселые раздумья, вышла из комнаты Эоноры и уже собиралась вернуться назад, к своим – очень надеялась на это – друзьям, как вдруг мое внимание привлекло странное голубоватое мерцание. Одна из дверей в противоположном конце коридора была приоткрыта, и из узкой щели пробивалось, пульсируя, слабое рассеянное сияние.