— Таня, начинай слушаться прямо сейчас! Шею шарфом укутай, а ногу вот сюда. Я кресло назад отодвину, а ты ногу чуть вверх подними, чтобы отёков не было. И прекрати бурчать! Я всё прекрасно слышу.
Он завёл мотор и повернул голову к своей прекрасной пассажирке. Попалась! Теперь она от него никуда не денется!
***
Никита закрыл крышку ноутбука и потёр уставшие глаза. Слишком много навалилось на него к концу года. И дела компании, и личные дела. Хотя назвать то, что происходило в его жизни, делами как-то и не получалось. С одной стороны, это какие-то тихие радости, но с другой…
…Сегодня Инга ездила в детсад, куда ходила Эрика, чтобы решить вопрос о переводе. Недалеко от его дома, каких-то минут двадцать на машине, в посёлке был свой детский сад. Прозоров сам ездил туда, переговорил с заведующей, и его заверили, что Эрика Горелова, пока Горелова, как он надеялся, может быть записана в среднюю группу. Но для этого нужны её медицинская карта и заявление матери. И он решил, что сама Инга сможет поехать с водителем и всё забрать. Но к обеду, когда Григорий отзвонился и ждал её, Никита вдруг неожиданно для себя сорвался и вскоре въехал в старый двор. Дурак! Надо было сразу выяснить, что детский сад находился в соседнем дворе от бывшего места её проживания.
Когда он появился из-за угла, его слуха коснулся скрипучий женский голос:
— Видала, ЗинаидАлексевна, какая стала? Мужа в застенки, а сама на крутых машинах разъезжает. Тьфу, негодница!
Никита подошёл ближе и через невысокий металлический заборчик посмотрел на пустынную территорию с качелями, деревянными домиками и горками. Сегодня было довольно морозно, вряд ли детей выведут гулять.
— Ну а что ей делать? Только и остаётся, МарьВасильна, что искать мужиков. Сама-то ноль без Димитрия.
Прозоров повернулся и внимательно посмотрел на сидящих на лавочке женщин. Он покачал головой — сколько ж таких «камер наблюдения» в каждом дворе? И оделись по-зимнему, видимо надолго засели в засаде.
— Извините, не подскажете — нельзя ли здесь квартиру снять? — Никита подошёл ближе и с улыбкой посмотрел на сплетниц. — Мне, наверное, по ошибке указали на этот дом. Я звоню, звоню, а там пусто.
— А ты в какую квартиру звонил?
— В сороковую, что на четвёртом этаже.
Женщины поджали губы и быстро переглянулись.
— Не живёт там пока никто, хозяев нет.
— Да? Жаль, мне двор ваш очень понравился. А когда они появятся, хозяева-то?
— Ах, кабы знать. Хозяйка-то вон, в садике сейчас, только, видать, не до квартиры ей. На такой машине приехала!
Никита обернулся и увидел Григория, что стоял рядом с автомобилем и крутил ключи на пальце.
— Да, хорошая машина. Сразу видно, что хозяйка хорошо зарабатывает.
Женщины опять переглянулись и одновременно хмыкнули.
— Зарабатывает, как же! Всю дорогу её Димочка на себе тянул, а она, неблагодарная, хоть словом бы с кем обмолвилась! Проскочит по двору, что та кошка, и молчит. И девчонку свою приучила «драсти» и всё.
— Так работает, наверное, устаёт.
— Да прям, устаёт! Как сыр в масле каталась, Димочка вон на ночную работу устроился, всё ей мало, всё мало! Сама целыми днями где-то свой зад просиживала, а он и ребёнка к соседке устраивал, и в магазины, и на работу. А сейчас его арестовали, а она ходит тут, хвостом крутит. Самой уже неделю как не видно, дома не появляется, значит, у любовника! И давно она Димитрия обманывает, потому как сразу исчезла, сразу! Видать, только и ждала, а может, сама и навела, и обвинила!
— В чём? — Никита нахмурил брови и уставился на говорливую даму.
— Да кто его знает? Говорят, что она что-то на своей работе проворачивала, а на мужа всё свалила. А ведь она ему по гроб жизни благодарна должна быть. Без рода, без племени, приезжая, ребёночка нагуляла, а он не посмотрел — в жёны взял! Ну, понятно, сердился иногда, ну так у всех бывает — заслужила если, получи. Он на многое жаловался, совета спрашивал.
В это время распахнулась дверь и на крыльцо корпуса, украшенного яркими портретами мультяшных героев, вышла Инга и, видимо, заведующая в накинутом на плечи пальто. Они тепло попрощались, о чём-то ещё переговорили, и Инга быстро спустилась по ступеням.
Никита повернулся к сплетницам, что уже в предвкушении новой порции грязи стянули губы в ехидных улыбках, и уверенно сказал:
— А фамилия Димитрия не Горелов случайно? — и увидев кивок в ответ, продолжил: — Димитрий ваш скотина и сволочь последняя был. Он наркотиками торговал, людей убивал! И жену свою заставлял, но она отказывалась, за что её и наказывали. И ребёнка он со своими дружками у матери отобрал и грозился убить, если она не согласится наркотики по городу возить.
Он говорил и видел, как открылись рты, а в глазах уже плескались новые порции сплетен и выдумок.
— А Инга Артуровна помогла следствию, смогла банду душегубов на чистую воду вывести, чуть не погибла, но спасла и себя, и дочь. Ей скоро орден вручат за героический поступок! Потому и машину выделили.
Инга вышла из калитки и оглянулась по сторонам. Вдруг её лицо украсила искренняя улыбка и она радостно кивнула Никите, затем повернула голову, скупо произнеся:
— Добрый день, — и чуть склонила голову, здороваясь с сидящими женщинами.
— Ингочка, как давно тебя видно не было, что же ты не появляешься дома?
Инга глубоко вздохнула и, глядя в глаза Никите, тихо ответила:
— Я тут больше не живу. Прощайте. — Она шагнула в сторону от лавочки, будто не желала иметь ничего общего с лицемерками, что были для неё олицетворением прошлого.
Никита развернулся и протянул ей руку, она чуть помедлила и вложила свои пальчики в его ладонь.
— Надо же! А с виду и не скажешь, что бандит! Бедная девочка, каково это, с убийцей под одной крышей жить? Небось деньжищами какими ворочал? — раздалось им вслед, Никита покачал головой и усмехнулся: сейчас эти две такого напридумают, что к вечеру каждый с содроганием будет считать, что едва выжил в соседстве с бандой убийц. И это потом аукнется Горелову, когда с соседями ребята из органов говорить будут. А пока отправить Ингу домой, а ему ещё на работу. Хотя так хочется бросить всё и поехать с ней, сидеть рядом, сжимая в ладони её пальчики и вдыхать аромат розовой свечи…
…Никита поднял глаза — полночь, завтра он позволил себе взять выходной: днём прилетают Володя с Аней и маленьким Серёжкой. Если говорить честно, то Никита не представлял, как отнесётся Аня к тому, что ей придётся несколько дней находиться рядом с сестрой убийцы её матери. Да, Инга не родная дочь Бестемьянова, она тоже пострадала от рук этого наркомана и убийцы. Но одно дело понимать это, а другое — принять. Да ещё и маленькая Эрика, что вполне может быть дочерью этого ублюдка. Скрывать правду от друзей Никита не собирался, но что из этого получится, представить не мог. Хотя бороться за любимую девочку и её дочку он собирался до конца.
За окном опять шумела метель — зима в этом году была морозной и снежной. И Никита в который раз представил, как Инга и Эрика остаются без крова над головой и без денег. Он передёрнул плечами, будто увидел эту хрупкую женщину где-то в дешёвой холодной гостинице, замерзшую и голодную. Нет, никогда ни она, ни Эрика не будут нуждаться! Он потёр ладонями лицо и встал. Надо отдохнуть, хотя спать особо не хотелось.
Он сделал несколько резких рывков руками, снимая усталость и скованность в мышцах, понаклонял голову в стороны, разминая затёкшую шею, и вышел в полутьму коридора. Дверь в комнату Эрики была приоткрыта — Инга согласилась, что у дочери должна быть своя территория, где она будет хозяйкой, но всё равно старалась каждую свободную минуту проводить с дочерью. Никита заглянул в комнату и улыбнулся — тёмные волосы разбросаны по подушке, девочка крепко спала в обнимку с плюшевым медведем. Он тихо прикрыл дверь и остановился перед входом в комнату Инги.