Земляной выпрямился и спокойно сказал:
— Давай договоримся, ты Инга, я Павел, идёт?
Он поймал беспомощный взгляд и широко улыбнулся. Эта испуганная девочка ещё долго будет как колючий ёжик, ей надо научиться верить людям, а это возможно только при полном доверии с её стороны. Инга будто прочла его мысли и несмело улыбнулась, Павел кивнул и направился в кабинет к Прозорову.
— Инга, — прошептала Таня, — а вы с Никитой… ну… вместе, да?
На что подруга опустила глаза и коротко кивнула.
— Только знаешь, Таня, — вдруг зашептала Инга, — Никита ждёт своих друзей из Парижа, все ребята из охраны бегают во двор и за ворота в ожидании, а я боюсь, что всё то, что произошло с нами в последние дни, останется в прошлом.
Таня похлопала по дивану рядом с собой и серьёзно посмотрела на присевшую рядом женщину.
— Если я что-то понимаю, то ты в этом доме уже за хозяйку, Инга, тебе и гостей привечать. А насколько я слышала о Демьяновых, то это нормальные люди, простые и без закидонов. А они когда приезжают?
Инга глянула на часы и брови её резко взлетели вверх:
— Так они уже дома должны быть!
Она резко поднялась и почти выбежала из гостиной, послышался тихий разговор и голос неизвестной Тане женщины успокаивающе произнёс: «Не волнуйся, с ними Григорий, он никого в обиду не даст, а при случае сообщит». Пока женщины шептались, Таня осмотрела комнату, где неожиданно оказалась в одиночестве. Большая и светлая, с высокими потолками, красивой люстрой, у окна стояла высокая ёлка, украшенная бантами, разноцветными шарами и светящимися гирляндами. Татьяна поднялась и прихрамывая подошла к зелёной красавице. М-да, голову можно дать на отсечение, что ёлку Инга украшала. И конфеты, и маленькие печенья тоже её рук дело. А за окном медленно падал снежок, покрывая расчищенные дорожки белым покрывалом. Где-то раздался шум мотора, хлопанье дверей, и по дому разнёсся крик:
— Анечка, девочка моя! — и мимо Тани пронеслась немолодая полная женщина в цветастом фартуке. Дом как-то сразу ожил, со двора слышались голоса множества мужчин, смех, женский громкий голосок, что радостно что-то говорил, постепенно приближаясь к дому. Таня увидела Никиту Юрьевича и Павла, которые спустились с лестницы и быстро прошли к входной двери. Павел обернулся и подмигнул Тане, потом до него дошло, что она стоит у окна, и он сердито покачал головой.
В прихожей кто-то громко потопал ногами, стряхивая снег, и раздался глубокий мужской голос:
— Здорово, мужики! Ну и холод у вас тут. Никит, полцарства за виски. Глафира Матвеевна, Ане чаю, ладно? Только недавно кашляла, у нас самый крепкий Серёжка, тьфу-тьфу.
В гостиную вошёл высокий темноволосый мужчина и с улыбкой уставился на Таню. Она мельком глянула в сторону двери, куда убежала Инга, и выдохнула:
— Здравствуйте, я Таня.
Молодой человек вздёрнул брови, немного повернув голову в сторону Никиты. Тот усмехнулся и широко шагнул куда-то, через секунду появившись в обнимку с хрупкой белокурой женщиной. Она смущённо улыбалась, стараясь спрятаться в мужских объятиях. В комнату вошла улыбающаяся Анна, держа за руку маленького сына. Она посмотрела на Таню, перевела взгляд на Ингу и бодро заявила:
— Наконец-то в этой компании я буду не одна! Глаша, — крикнула она куда-то за спину, — а нам куда вещи нести? Девчонки, мы сейчас быстро вещи кинем, а потом предлагаю на кухне у Глафиры обосноваться! Дверь забаррикадировать, все вкусности слопать, чтобы им, — она пальчиком указала на удивлённых мужчин, — ничего не досталось!
В эту минуту в гостиную с визгом забежала Эрика, следом за ней влетел Герой, тормозя лапами. Он ткнулся носом в ковёр и жизнерадостно замахал хвостом.
— Никита, — Анна повернулась к Прозорову и улыбнулась, — у тебя собака в доме?
— Это, Анют, не просто собака, это Герой. Серёжа, не бойся, собачка не кусается.
Сергей подошёл к замершему псу и мягко ткнул того пальцем в нос, Герой чихнул и опять замахал хвостом. Эрика же склонила голову чуть набок и внимательно рассматривала гостей, потом приблизилась к приехавшим и зачаровано посмотрела на Анну:
— Ты касивая, — тихо прошептала она.
Анна замерла и резко опустилась перед девочкой на колени, провела ладошкой по мягким волосам и прижала малышку к себе:
— Ты тоже, моя хорошая, редкая красавица. Особенно глазки.
Она посмотрела на светловолосую Ингу, потом опять глянула на темноволосую Эрику, и в этот момент Никита шагнул к ним, поднял малышку на руки и обратился к гостям:
— Пошли, я вас по комнатам разведу. Паш, ты Таню тоже бери, встречаемся минут через тридцать, согласны? А Борис Николаевич где? Гриш, — обратился он к другу, что сегодня стал водителем для любимой маленькой хозяйки и занёс последний чемодан в дом. — Никифорову скажи, что я его жду через полчаса. И ты не задерживайся, посидим по-мужски, пока эти диверсантки баррикады на кухне строить будут. Ну что, Эрика, пойдём покажем нашим гостям, где они жить будут?
Эрика крепко обняла его за шею и улыбнулась:
— Посли! А потом кафеты кусать будем!
Все засмеялись и пошли вглубь дома. Никита прижал Эрику к себе и прикрыл глаза. Он прочёл вопрос в глазах Ани, но смог немного отдалить разговор. Мужчина прекрасно понимал, что избежать его не удастся, но решил оттягивать его как можно дальше.
Часть 11
— Аня, перестань бегать туда-сюда! Сядь и поешь нормально, ничего с малым не случится, с ними Герой, а лучше няньки, поверь, не сыскать.
Анна оторвалась от дверного косяка и села к столу:
— Просто я всегда с Серёжей, не привыкла, что за ним кто-то другой присмотреть может. Инга, а ты совсем не боишься Эрику с собакой оставлять?
Инга смущённо улыбнулась и молча качнула головой.
— Герой ей жизнь спас, — заметила Таня, заканчивая нарезать копчёный окорок. — Глафира Матвеевна, мясо готово. Что дальше?
— Передохни, девка, держи чаёк. Булочки бери. И нос свой не морщи — морщины будут.
— Я же только похудела к празднику, а вы про булочки.
Глафира хмыкнула и медленно обвела взглядом сидящих за столом молодых женщин.
— Мужики не собаки, на кости не бросаются, понятно?
— Но с лишним весом-то как-то бороться надо, — Таня отстаивала своё право на похудение, с грустью глядя на румяные булочки, обильно посыпанные маком.
— Лишний, как же! Не бывает у женщин лишнего веса! Это всё дополнительные места для поцелуев!
Инга вдруг подавилась чаем и закашлялась. Глафира прищурила один глаз и удовлетворённо кивнула:
— Что такое? Научную экспедицию вспомнила?
Инга часто заморгала и непонимающе уставилась на улыбающуюся домоправительницу:
— Какую экспедицию, Глаша?
— Слышала я, как Никитка-то наш тебя приручал. Аж завидно стало! — Глаша по-доброму усмехнулась и отвернулась к плите, помешивая булькающий соус. Инга густо покраснела и опустила голову. — И не смущайся, ведь понравилось, да? И правильно сделала, что отдалась нашему Никите. Если стоит выбор между «да» или «нет», выбирай всегда «да»! Сделай это, попробуй. Поцелуй, обними, догони, скажи. И пусть выйдет ерунда, зато хоть попыталась. И ты, Татьяна, держи Пашку двумя руками. Такого мужика поискать надо, а тебе сам собой свалился.
— Ага, свалился! Это я свалилась. Для того, чтобы он хоть что-то делать начал, пришлось крыльцо на базе головой разбить! И ногу вывихнуть!
Женщины заулыбались, Анна опять выглянула из кухни, но Сергей и Эрика строили башню из кубиков, что-то обсуждая на детском языке, Герой лежал рядом и поглядывал на детей из-под прикрытых век.
— Так, Инга, давай отнеси мужикам закуски, а то они там сейчас так наговорятся, что к новогоднему столу на четвереньках приползут.
— А может, лучше Анна? Там всё-таки её муж.
— Нет, ты здесь хозяйка, тебе и идти.
— Да какая я хозяйка? — опять смутилась женщина.