***
Никита нажал на кнопку брелока, включая сигнализацию, и сразу присел, ловя несущуюся в его сторону Эрику.
— Папа приехал! Пап, а Митька в бассейн свалился, а тётя Наташа ему по попе дала, — уже шёпотом закончила малышка. — А я же тоже там ходила, меня тоже надо по попе?
— Нет, тебя не надо. Просто тётя Наташа испугалась, вот и получилось, что Митька схлопотал. Что потом тётя Наташа сказала?
— Плакала она, — тихо вздохнула Эрика. — Я не буду там гулять. Ты не будешь меня бить?
Никита покачал головой, обнял Эрику сильнее и твёрдо ответил:
— Никогда.
— А маму?
— И маму никогда.
Он поднялся и медленно пошёл в сторону домиков, обнимая девочку, что доверчиво прильнула к нему, обхватив шею тонкими ручками. Вот уже почти полгода Инга и Эрика живут в его доме, уже пять месяцев Инга его жена, а малышка Эрика его дочь, а она всё ещё не может привыкнуть к тому, что никто и никогда не поднимет на неё руку, не сделает больно.
— Папа, — хихикнула Эрика, показывая пальчиком на Алёшку Рудакова, что со смехом и гиканьем скатился с высокой горки, обдав брызгами стоящих вокруг бассейна гостей. За ним в бассейн попрыгали Миша Лунин и Лёха Блохин.
— Наташ, давай Митьку сюда, — голос Миши еле различался среди визга и смеха. — Мить, давай ко мне, мама больше ругаться не будет — ты же со мной. Эй, малышня, куда? А ну все на ту сторону, там неглубоко.
Никита не спеша шёл с Эрикой на руках и улыбался. За четыре года, прошедших с их знакомства, они не только несколько раз работали вместе, но и сдружились. Появились семьи, дети; не всегда, конечно, им удавалось встретиться и поговорить по душам, вспомнить, задуматься, но недавно Никита решил сделать своим друзьям подарок, и сегодня, 26 июня, в их почти «профессиональный праздник» — Международный день борьбы с наркоманией — собрал всех вместе, чтобы отвлечься и отдохнуть вдали от дел, душных кабинетов и раскалённого асфальта.
— Никитушка, привет, — сидящая на шезлонге тётя Володи Демьянова, нестареющая Надежда Николаевна подняла очки и с улыбкой глянула на мужчину с девочкой на руках. — Спасибо тебе за приглашение, сто лет уже не выбиралась за город.
— Так сами виноваты, Надежда Николаевна, сколько раз мы вас к себе звали, а вы «не могу, работа у меня». Так у всех работа, но отдыхать-то надо. А вы как? Одна или…
— Или, Никитушка, или. Моё «или» в бассейне резвится. Молодость вспоминает, — хихикнула Демьянова, будто и сама превратилась в молоденькую беззаботную девушку.
— А вы что же?
— Нет, я к воде равнодушна, лучше косточки свои на солнышке погрею. Эрика, а ты почему не с ребятами?
Девочка крепче прижалась к Никите и гордо ответила:
— Я с папой. Мы потом вместе, да, папа?
— Да, доча, и маму с собой возьмём.
Эрика запрокинула голову назад и громко рассмеялась. Демьянова глубоко вздохнула и опустила взгляд.
— Спасибо вам, Надежда Николаевна, за то, что убедили мою Ингу родить эту козявку. Да, Эрика? Скажем «спасибо» тёте Наде, она деток лечит, мамам помогает. Вот и нашу маму спасла.
Демьянова внимательно посмотрела на Никиту и молча кивнула — она тогда спасала двух девочек: опустошённую Ингу и изуродованную Аню. Инга часто звонила, делилась своими успехами, а зимой просто захлёбывалась от счастья, когда рассказывала о Никите и его предложении. Анна же не любила вспоминать и рассказывать что-то, но этой зимой тихо прошептала «я так счастлива, тётя Надя», и это было лучшей наградой за всё, что сделала Демьянова четыре года назад.
— А Володя ещё не звонил?
— Пока нет, но уже скоро должны быть, если самолёт нигде не задержат. Григорий их встретит.
— Это хорошо, соскучилась я. Зимой только один вечер вместе провели, даже не наболтались как следует. Никит, — Надежда внимательно посмотрела на Прозорова, — вы с Аней не говорили о Лене Порошиной? Понимаешь, Лене сейчас волноваться нельзя, что-то её беременность протекает не слишком гладко. Как бы чего не вышло.
— Одно могу сказать, Надежда Николаевна, всё от Ани зависит. Кто такая Елена Порошина, кем и кому она приходится, Аня знает. Осталось дождаться их приезда. А Лена здесь?
Демьянова коротко кивнула и показала головой на небольшой домик вдали от шумной компании:
— Отдыхает, приехала заведённая, давление скакануло.
— Эрика, беги к маме, скажи, что я скоро приду. — Они дождались, пока бегущая вприпрыжку девочка скроется за кустами, Никита присел на соседний шезлонг и посмотрел на Надежду: — Приходили сегодня юристы от Лизиного жениха, требовали кусок компании, при этом наша несостоявшаяся прынцесса совершенно не в курсе дела оказалась. Мало того, один из этих джентльменов позволил усомниться в способностях Лены. Ну и получил и он, и его компаньон.
— Я так понимаю из всего сказанного, что ключевое слово «несостоявшаяся»?
— Да, вы правы.
— Это хорошо. Я что-то Пашу с Таней не вижу.
— Они на выходные с Глашей и Борисом Николаевичем к Таниной матери поехали, будущим внуком хвастаться.
— А как Инга? Как себя чувствует? Я как-то закрутилась и поздравить вас не успела.
Никита кивнул и легко поднялся, прикоснулся губами к пальцам с коротко остриженными ноготками и тихо сказал:
— Отдыхайте, представьте, что вы в отпуске, — на что Демьянова медленно надела очки, грациозно опустилась на спину и выдохнула, повернув голову чуть вбок.
Григорий поправил подушку под спиной жены и легонько дотронулся пальцем до кончика её носа. Инга усмехнулась, глядя в спину уходящего мужчины. Они с девочками уединились в небольшой беседке, от души насмеявшись, обсуждая детей, мужей, новости моды и новые рецепты. Мужчины же сегодня подарили жёнам выходной и занимались детьми, а заодно шашлыками и напитками, одновременно обсуждая работу, автомобили и предвкушали вечерний бильярд, когда дети улягутся спать.
Наташа Лунина с жёнами Рудакова и Блохина ближе к вечеру перебрались поближе к бассейну, и там в компании Надежды Николаевны тихо перешёптывались о чём-то, иногда посмеивались, Инга с Аней и Леной Порошиной молча сидели в беседке, любуясь заходящим солнцем.
— Наверное, надо уложить детей. — Инга медленно встала.
— Останься, Инга. Мне надо вам кое-что сказать. — Аня тяжело вздохнула и мельком посмотрела на Лену, что прикрыла глаза и откинулась на мягкую подушку. — Лена…
— Не надо, Ань. Если ты сейчас начнёшь извиняться, я не выдержу. Если я начну оправдываться, ты расстроишься. Поверь, я всё понимаю и мне очень неуютно оттого, что ты видишь во мне не меня, а… другого человека. И если честно, я не знаю, как нам быть. Но просто надо как-то жить дальше, рядом, ты же понимаешь, что Володя и Гриша не виноваты в том, что у нас с тобой разное прошлое, разные воспоминания. Прости меня за резкость. Пожалуйста.
Анна опустила голову и тихо сказала:
— Я знаю, мне Надежда Николаевна сказала, что ты не очень хорошо переносишь беременность, но… я не смогу промолчать. Лен, я…
— Я изучала материалы дела, Ань, и знаю, что произошло в подвале дома Полухана. И я очень хорошо знакома с Серёжей Синявиным. Если ты об этом… Ведь маленький ваш в его честь назван, да?
Анна молчала, опустив голову, вспоминая окровавленного мужчину у своих ног и тихий шёпот: «Отдай пистолет, девочка, и запомни — это я стрелял». Краем глаза она увидела, как Лена приподнялась и протянула руку в её сторону.
— Аня, не думай об этом. Не дай Бог кому-то испытать то, что выпало на вашу с Ингой долю. И то, что сделала ты… Я не считаю тебя виноватой, Аня. Ты имела право на этот поступок, и этим ты сберегла своё право на будущее счастье. Знаешь, я вот сейчас это сказала и мне немного легче стало, будто отпустила какую-то вину перед тобой и Ингой.