Никита вопросительно уставился на девушку, пытаясь донести, что известный на весь город ночной клуб не место для спокойного ужина и разговора, но Таня потупила взгляд и тихо проговорила:
— Я там ни разу не была. Сначала маленькая была, потом училась — не до насекомых было. А посмотреть хочется… Знаете, про девочек, что там танцуют, у нас в отделе легенды ходят.
— Ну раз так, то пойдём знакомиться с насекомыми, я вместе с вами танцевальную программу посмотрю. Не прощаюсь и жду вас в семь часов, идёт?
Получив в ответ улыбку и утвердительный кивок, Никита попрощался и пошёл с Борисом Николаевичем в кабинет директора.
_______________________________
*А.С. Пушкин. «Пробуждение»
**УБНОН — Управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.
Часть 3
Прозоров оглядел зал с высоты vip-галереи. Он пришёл чуть раньше, успел просмотреть документы бухгалтерии за последние дни — доходы росли, значит, пора подумать о дополнительных выплатах. В первую очередь танцовщицам, потом повару и барменам. Со всеми остальными разберётся администратор. Она женщина с крутыми мозгами, если что — Павел-то всегда в курсе, что и как происходит в «Гусенице».
— Никита Юрьевич, к вам девушка.
Он улыбнулся и встал, приветствуя Татьяну. Красивая. Фигурка что надо. И одета вроде в короткую юбочку, а не выглядит вызывающе. Волосы длинные, густые, лежат мягкими волнами. И это всё прилагается к большим серым глазам и пухлым губам.
— Я не опоздала? Девчонки ещё не танцевали? Там такая пробка — жуть просто, не пройти не проехать, вроде бы как какую-то машину занесло. Ой, добрый вечер, Никита Юрьевич.
— Добрый, Таня. Только давай без отчеств, и на «ты».
— Не-е-ет! — весело протянула Таня. — Меня дядюшка весь день натаскивал, как я должна себя с вами вести, о чём молчать, о чём даже не заикаться! А вы так сразу — бац! — и все его требования коту под хвост.
— А мы ему ничего не скажем, — так же весело ответил Никита.
— Увы, — преувеличено печально вздохнула девушка. — Я не смогу. Всё выложу! У меня ничего за зубами не держится!
— Вот как? А как же чужие тайны, коммерческие секреты?
— Нет, это же совсем другое. Я только про своё! Смотрите, смотрите, началось!
Никита наблюдал за танцем, бросая взгляды на свою спутницу. Татьяна увлечённо следила за акробатическими пируэтами, что демонстрировали хрупкие девушки, не скрывая своего восхищения. Когда номер закончился и в зале погас свет, она вздрогнула и коротко выдохнула, чтобы потом прошептать «это просто вынос мозга» и с улыбкой повернуться к Прозорову.
— Здорово, правда? А вам понравилось? Или вы уже тут не первый раз?
Никита пожал плечами и ответил:
— Ну, программу эту вижу впервые, а так… Таня, этот бар собственность нашей компании, — и тут же пожалел о сказанном.
Таня выпрямила спину, мимолётным движением прижала к себе маленькую сумочку и с кривоватой ухмылкой уставилась на него. Затем чуть отодвинула от себя меню в коричневой папке и тихо спросила:
— И часто вы так ужинаете со своими сотрудницами, господин Прозоров?
Никита открыто посмотрел в серые глаза и честно ответил:
— Первый раз за последние три года, Таня. Причём я дал слово вашему дяде, что не только угощу вас ужином, но и привезу домой. Не позже полуночи.
— И это правда?
В ответ он лишь молча кивнул, замерев в ожидании ответа. Таня несколько секунд смотрела на него, а потом вдруг спросила:
— А что ещё принадлежит вам?
В этот момент к ним подошёл официант, быстро молча поставил тарелки с закуской и выбранное Никитой вино и так же молча удалился.
— Мне принадлежит только небольшой процент акций, Таня, в принципе, как и вашему дяде. Всё остальное — это собственность людей, что доверили мне управление этой махиной.
— Доверили? А они что же, не живут здесь?
Никита помотал головой и потянулся к бутылке с вином. Он плеснул немного рубинового напитка в бокал девушки и вопросительно посмотрел на неё. Таня часто заморгала и аккуратно взяла бокал, втянула носом аромат и блаженно зажмурилась, отпив маленький глоток.
— Таня, а вы давно работаете у вашего дяди?
— А вы же говорили, что мы на «ты», — игриво ответила ему девушка. Никита кивнул, принимая правила игры, и вопросительно поднял брови. — Нет, недавно. Я закончила университет, нет, не наш. Это я так, чтобы вопросов не возникало. Вернулась домой и тут как раз место у дяди освободилось. Мама подсуетилась, а дядюшка никогда своей сестрице отказать не мог. Так я и оказалась в «Маристрансе». И не жалею! Девчонки у нас классные, никто не стучит, все проблемы решаем вместе.
— Проблемы? — Никита с удовольствием ел салат с грибами и внимательно слушал свою гостью.
— Ну да! Мы же тоже можем ошибиться, не то написать, текст набрать нормально, а отправить не в ту папку. Поэтому мы посовещались и ввели двойную проверку. Я вот, к примеру, с Ингой в паре работаю. У неё, правда, ребёнок маленький, болеет иногда, но я довольна нашей работой. Только вот…
Никита вдруг напрягся, будто почувствовал опасность. Таня ничего такого странного не говорила, но Прозоров неожиданно поймал себя на мысли, что с этой минуты в его жизни что-то пойдёт не так. Что-то поменяется, причём круто, и не понятно радоваться ли этому или огорчаться. Внизу грохотала музыка, заглушаемая стеклянными панелями, сверкал разноцветный свет зеркальных шаров, люди танцевали, пили, смеялись, а Никита превратился в комок нервов.
— Понимаете, — Таня положила вилку на салфетку и немного откинулась назад. — Она как-то пришла на работу с синяком. Сказала, что в темноте на дверь напоролась. Но дверь же не хватает тебя за руку! — девушка повысила голос и схватила себя за запястье, как бы показывая Никите, как была травмирована рука у её подруги. — Потом она как-то хромала несколько дней, но опять-таки упала, ударилась, оступилась. А недавно она перестала наш фирменный шарфик носить, говорит, что горло болит, поэтому она водолазки надевает, прикрывая шею. Но я… короче, подглядела я, как она в туалете гепариновой мазью синяки на шее мазала. Понимаете? А её муж, он такой здоровый, бывший мент, между прочим. А они знают как бить! А я дяде говорю, а он отмахивается. А если вдруг несчастье произойдёт?
Никита смотрел на девушку и молчал. Он не знал эту Ингу, он не представлял даже, как она выглядит и кто её муж, но уже задумался, что женщину, что подвергается домашнему насилию, надо спасать. Тем более у неё ребёнок. Завтра же он наведёт справки и постарается разобраться в этом.
— А тут ещё эта ночная история! А ведь это наша машина, понимаете? Как тут не переживать?
— Постойте, Таня, какая история?
— Ну с водителем нашим, Сашей Думуш. И что тем паразитам нужно было? А если травма у него тяжёлая? А у него жена и сынишка.
Никита качнул головой и усмехнулся. Она ничего не просила для себя, но за последние двадцать минут нагрузила его проблемами двух совершенно чужих ей людей, которые просто работали с ней рядом. Таня вздохнула и покрутила вилку, потом вдруг глянула на него и тихо спросила:
— Скажите, а если я это всё Павлу Сергеевичу расскажу, он поможет?
Никита уверенно кивнул и добавил:
— Мы все поможем, Таня. И подруге вашей, и семье Саши. Не тревожьтесь. А сейчас предлагаю попробовать мясо, здесь работает замечательный повар, советую.
Таня открыто улыбнулась и мотнула головой:
— А давайте! Я мясо страх как люблю.
Они ужинали, обсуждали недавно вышедший фильм, пили вино и совершенно не замечали, что за ними внимательно наблюдал мужчина, стоя за колонной и покусывая губу.
***
Никита стоял в стороне, не вмешиваясь в действия Павла и его парней. Машину пригнали ночью, загнали в закрытый бокс и с утра начали осмотр. Прозоров отменил сегодня все встречи, оставив за себя замов и дав указания секретарю, и сейчас наблюдал, как Павел работал на крыше рефрижератора, а Григорий и ещё два молодых парня просматривали дно, шасси и колёса.