- Да. Где-то ещё чадит, но это уже неважно. Только люди с той стороны пытаются перебраться.
- Гоните их нахрен. Город в фактической блокаде и пришло время донести этот печальный факт до окружающих. Оставить эту и эту башню, людей перераспределить на охрану складов с продовольствием. Оберлейтенант Адольф сформировать команды из своих людей пусть поспрашивают людей об излишках продовольствия. Возможно раздачу придётся вводить централизовано.
- Люди взбунтуются.
- А для Жаклин и нужны розенцы. Хорошее слово сказанное в правильный момент, может быть эффективнее ножа у горла. Что-нибудь от Краус слышно?
- Только стрельба с того направления, но попыток прорыва пока не предпринималось.
- Ясно. Капитан даю разрешение на жёсткое подавление бунтов. Нет у нас времени цацкаться.
- Принято. Разрешите выдать дополнительный боезапас?
- Да. Но постарайтесь не убивать слишком много людей. Гоните демонстрантов на возведение оборонительных сооружений. Слышал наши инженерники зашиваются. Завтра мне доложить о принятых мерах. Теперь все кроме вас дорогуши свободны.
Офицеры уходили и старались не смотреть на другую сторону их командира. Привыкли уже, но Броуни прежде чем выйти успел кое-что прошептать наклонившись к уху Изабеллы. И та даже не отшатнулась от лёгкого перегара из его рта.
Дверь захлопнулись, Филип сверлил взглядом близняшек. Они его.
- Так и будете молчать? Я же вижу, хотите меня сп... нет допросить.
- Кто ты такой?
- Ваш троюродный кузен. - Филип поднял руки: - Не видно что ли?
- Тогда почему твой капитан сказал не показывать свой страх перед тобой, будто ты зверь, а не человек?
- РРРРРР! - молодой человек попытался изобразить рык: - Неужели страшно стало? Нет... но я не вру. Точнее почти не вру.
- Чужак. Ты монстр с Изнанки.
- Жаклин будь аккуратнее когда говоришь такое. Здесь в Италии пришельцев из иного мира на кострах сжигают.
- Где наш брат?
- Бьётся на границе моего разума вызывая мигрень, Иза. Да я понял, что не надо их пугать, но сколько ты собирался это скрывать? До конца недели? Месяца? Может смерти?
- Немедленно освободи его. - воскликнули близняшки и схватившись друг за друга, ударили волной силы в Филипа. Который проявился в виде призрака на теле донора и сверкнув рубиновыми глазами, ударила волной силы в ответ. Столкнувшиеся энергии точно почувствовали все обитатели башни, но никто и не подумал подниматься обратно.
Девушки почувствовали холод. Могильный холод который пробирал до самых костей. Но они всё равно попытались усилить давление. Чужак стоял и смотрел на них с усталостью. Из-за этого девушки никак не могли понять, чего добивается их противник.
- Для справки тело у нас с ним общее. И убить отдельно нас не получится. А если немедленно прекрати балаган сможете всё спокойно обсудить со своим любимым кузеном!
Не то чтобы они ему поверили, но Изабелла первая прекратила подавать поток силы в объединённую ауру. За ней и Жаклин прекратил давить. Аура силы чужака свернулась и ушла обратно в тело.
- Я отдыхать... - заявил он выдавливая Стефана на первый план: - Не будить. Не просить о пощаде. Не просить решить твои проблемы.
- Стефан?
- Мда сестрички, нам действительно стоит обсудить случившееся. Садитесь, рассказ будет долгим.
***
Новая власть часто приходит внезапно. И жители небольших хозяйств вокруг столичного города почувствовали это на себе очень быстро. Деревенька Ш* не была очень богата, но, как и многие вокруг имела неприкосновенный запас еды на случай возможных форс-мажоров. А относительный мир на этих землях, позволил скопить жителям хорошие капиталы.
Поэтому солдаты Пфит и Фелис решились немного улучшить своё материальное состояние. Офицеры тоже не высказывали против лишь намекнув, что их подчиненным по возвращению предстоит поделиться добытым.
- Стойте прошу отпустите мою дочь!
Старик лежал на земле не в силах подняться из-за сильного удара по голове, но всё ещё пытался усовестить налётчиков. И даже пример его менее удачливого соседа, который получил нож в сердце, его не «вразумил». Но наемники были глухи к молитвам, они уже настроились развлечься, а один из державших девушку даже намекал, что если они будут достаточно удовлетворены, то может вернуть часть имущества.
Только вот грабежи быстро разлагают дисциплину, и никто так и не удосужился выставить охранение. Поэтому, когда в центр деревни вломился грузовик, из которых на ходу во все стороны стреляли солдаты со столь ненавистной эмблемой, сопротивление быстро стало очаговым.