- Не в первый раз меня пытаются сжечь.
- Я стану первым кому это удастся!!!! - кричал в ответ Флавий, который даже плакал от боли, ощущая как разрушается тело.
Но первый успех растаял как лёд. Кожа девушки почерневшая под влиянием огня, сначала приобрела красный цвет, а после начала быстро белеть.
- Глупый барашек, что сам себя решил зажарить мне на обед. Твоё пламя и близко не стоит со звёздным огнём бога, который пожелал уничтожить мою смертную жизнь! А теперь пора взрываться!
Она ударила ладонью по бокам Флавия, и мужчина почувствовал, как и так едва-едва балансирующее на грани ядро взрывается. Огонь мгновенно выжег внутренние органы, а потом прорвался сквозь кожу и мгновенно распространился по всей прихожей. Огонь уничтожил всё живое, не делая различия между аристократами и простолюдинами. И только ламия стояла в центре этой композиции, быстро восстанавливая ранения.
- Хм... хорошая прожарка. - ламия подхватила часть тела перед собой. Челюсть её отвалилась и кусок исчез в бездонной глотке: - Так перекусили пора, попробовать душу главного барашка. - и пошла к оплавившейся лестнице. Позади неё, перешагивая через обгоревшие трупы, вошёл Джованни в сопровождение своих гвардейцев.
- Мой добрый друг, глава овечек мой! - радостно сообщила она свесившись через перила. Горящие перила, чей огонь обрамлял лицо девушки: - Но остальные все твои! Убивай, жги, разрывай их город сегодня станет твоим Джованни!!
Говоря это, девушка не выглядела угрожающей. Даже её голос был игривым. Но мужчина смотревший на неё поседел. Инстинкты кричали, что он допустил ошибку. Ошибку, от которой не сбежать.
Ламия видя абсолютно белую голову, засмеялась. И смеялась до тех пор, пока не завернула за угол. Но едва она добралась до кабинета главы рода откуда отчётлива ощущалась его сила, чудовище услышала выстрел. Вышибив дверь одним ударом, ламия почувствовала невыносимую досаду. Глава Пекоро Уберто был мёртв. Он лежал на столе с простреленной головой, а позади его кресла стоял человек с родовым гербом на лацкане.
Видя бешенство на лице вошедшей, мужчина немедленно бросил свою укорочённую винтовку: - Я капитан «Чёрных повязок» сдаюсь на мило...
Договорить предателю было не суждено. Ламия в один момент добравшись до стола, просто вырвала из его груди сердце. И положила его в освобождённую от винтовки руку. После чего более не обращая внимание на наемника, ламия подняла голову от стола и попыталась с помощью своей энергии найти хотя бы отголосок души. И разочаровано уронила голову обратно.
Защитник палаццо продержались ещё час. Но в итоге их знамёна были сброшены, а вышедший на балкон седой Джованни объявил об основании Италийской республики.
***
Ну а пока шли бои за право владением городом, начался бой и в его предместьях. Как и хотел Лиис не стал дожидаться пока противник до конца оформит свои позиции между Мальматине и рекой Анро. Удар решено было наносить пехотой через леса, и огнеметным кулаком по дороге в деревню.
Как и всегда скорость «Авалона» оказалась выше чем того ожидал противник и поэтому укрепления не были завершены. Однако урбинцом оказалось в два с половиной раза больше, а также они занимали удачную высотную позиции севернее Мальтматины. По которой и нанесли артиллерийский удар, едва наемники подошли на расстояние одного хорошего броска передовые отряды «Авалона».
Воспользовавшись привычкой к залповой стрельбе, авалонцы быстро смогли преодолеть двухсотметровую низину понеся минимальные потери. Но вот уже первые окопы их встретили не только огнём винтовок, но и магией прибывших с войском аристократов. Ветряные лезвия, огненные фаерболы и даже несколько шаровых молний сбили атакующий рывок заставив залеч людей. Но пока хоть ситуация и начала переходить в позиционную борьбу Лиис надеялся сломить сопротивление ударом через деревню. И действительно передовые отряды с ходу пробились почти до северных окраин, создавая угрозу флангового удара основному лагерю.
- Ожидал от знаменитого «Авалона» большего. - хмыкнул мужчина чья черная борода достигала пояса: - Дать сигнал резерву, пусть начинают движение.