- Что ж у тебя за учитель такой, что компания убийцы тебе милее?
- Инкатор Карминский...
Линарес сочувственно присвистнул.
- Ух ты ж бедненькая! Он и с тобой ведет себя, как нелюдь?
Она промолчала, но выражение ее лица было красноречивее любых слов.
- Впрочем, что за дурацкие вопросы я задаю? - сам себя обругал он. – Кто еще втолкнет ребенка, к тому же девочку, к бушующему преступнику?
- А почему вы разбушевались?
- Узнал утром, что эти гребаные тюремщики дали забить насмерть моего друга и высказал им все. Вот, теперь сижу в одиночке.
- Хоть не в карцере...
- В карцер они меня сажать опасаются - я тут вроде как на привелигированном положении из-за влиятельных родственников.
- Юлиана, ты сама выйдешь или тебе помочь? – послышался крик Карминского.
Она хотела ответить ему, что уже идет, но заключенный закрыл ей рот ладонью.
- Размечтались! Так я ее и выпустил! – проорал он в ответ. - Кто ж добровольно такой подарочек отдаст? Я им еще не наигрался!
Глаза девочки расширились, но он успокаивающе погладил ее по руке.
- Не нервничай, маленькая! Это я для них! Я тут подумал, что пока не готов с тобой расстаться...
- Линарес, отпусти ее, иначе ты не представляешь, что с тобой будет! – зло предупредил Карминский. – Она ведь сказала тебе, кто я!
- Очень даже хорошо представляю! Поэтому подержу ее у себя подольше! Хочу надышаться перед смертью! И наесться от пуза! И не вздумайте провернуть какие-нибудь фокусы с усыпляющим газом или еще чем-то подобным! Чуть почую, что что-то не так – размажу эту ляльку по стене! Мне терять нечего! А король после этого размажет вас, не правда ли, господин Карминский?
Инкатор чертыхнулся, ругая себя за глупость. Не дай Бог эта хитрая горилла и впрямь навредит девчонке! А много ли этой похожей на кузнечика шмакодявке надо? Чуть сожми ее, и все кости переломаются. И тогда конфликт с Астаротом будет грандиозным.
Девочка с открытым ртом слушала их разговор, с трепетом представляя, что сделает Карминский с этим безрассудным человеком, когда доберется до него, но Эктор ошеломил ее еще больше.
- Ты что будешь пить? – вполголоса спросил он Юлиану.
- Простите, что? – растерялась она.
Линарес хлопнул себя по лбу.
- Ай! Совсем забыл, что ты еще малолетка, и спиртное тебе нельзя! Колу любишь?
- Люблю…
- А апельсиновый сок?
- Тоже люблю.
- А из еды ты чего бы хотела?
Юлиана захлопала глазами, не понимая зачем он задает ей такие странные вопросы, словно они в ресторане, а не в тюрьме.
- Ну, смелее! – подбодрил ее Эктор. – Какую еду ты любишь?
- Стейки и клубнику, - брякнула она первое, что пришло ей в голову.
Обезображенное шрамами лицо Линареса просияло от удовольствия.
- Отлично! А теперь идем делать заказ! – Он схватил ее за руку, поднимая с места. - Карминский в роли моего официанта – зашибись! Я о таком и мечтать не мог! Да меня в рай автоматом только за это пустят! Ты только ничего не бойся, ладно?
Он подвел заложницу к двери и легонько сжал ей шею локтем.
- Не давит? – озабоченно спросил он.
- Нет...
Эктор вытащил закрывавшее окошко полотенце и заорал:
- Эй вы! Не вздумайте даже подходить к камере без моего разрешения, если она вам хоть чуть дорога! И не нервируйте меня, а то еще дернусь от испуга, а у нее шея тоньше моего запястья, не дай Бог сломается! Значит так, слушайте мои требования…
Примерно через час охранник внес в камеру корзину с едой и с тревогой оглядел девочку. Она стояла в углу у входа, не поднимая головы, на которой сверху покоилась одна из железных лап Линареса. Второй рукой он пережимал ей шею, готовый в любую секунду свернуть ее.
- Эй! – окликнул тюремщика узник. – Еда не отравлена? Я ведь ее сначала на вашем цыпленке испытывать буду!
- Не переживай, не отравлена!
- Тогда иди отсюда! – нетерпеливо велел ему Эктор. - Не видишь, у меня романтический ужин?
Охранник медлил, выискивая возможность вызволить девочку, но боялся еще больше навредить ей своим вмешательством.
- Топай, топай! - поторопил его заключенный. - Третий тут явно лишний! И музычку под дверями красивую включи! Только не слишком громко, я с дамой беседовать буду!
- Если ты ее тронешь - я тебя убью! - тихо предупредил его надзиратель. - Помни, через час ты обещал ее отпустить! И лучше тебе сдержать свое слово!
Когда он вышел из камеры, инкатор поманил его к себе.
- Как девчонка? В порядке?
- Живая и одетая, больше ничего сказать не могу!
У Карминского в третий раз за час зазвонил телефон, и он с раздражением выхватил из кармана мобильник.